Неуправляемый таран

– Паппос ему сказал, что хочет со мной познакомиться…

– Я видел, как Паппос с тобой знакомился. Юршин за тебя заступился?

– Он хотел, но не мог…

– Если бы хотел, то смог… Я жизнью рисковал, а он в сторонке, как девочка, стоял. Я в дерьмо вляпался, а он с тобой замутил. Я в плавнях прятался, он здесь с тобой кувыркался… – зло, но без надрыва сказал Игнат. – Скажи, где справедливость?

– Может, и несправедливо, но не убивать же его за это?

– Я его предупредил, – сказал Игнат. – Я очень серьезно предупредил.

Он не должен был тебя трогать. А он тронул. И я его убью.

Голос его звучал настолько спокойно, что трудно было поверить в искренность его слов. Не мог он, казалось, кого-то убить. Верней, так могло бы показаться, если бы не его взгляд – жестокий, ледяной…

Когда-то Лия и сама всерьез думала, что Игнат избавит ее от Юршина. Но сейчас она не хотела оставаться без Гоши. Он еще машину ей не купил, и в звезды она еще не выбилась. И в Краснодаре на конкурсе молодых исполнителей выступала, и в Ростове-на-Дону, Юршин спонсировал ее, но на Москву пока еще не вывел… Нет, еще рано отказываться от него.

Да и привыкла она с ним. Может, он и не так возбуждал ее, как это мог сделать тот же Игнат своим жестким пронизывающим обаянием, но ведь она от гиперсексуальности не страдала. Секс – это нечто второстепенное, хотя и немаловажное…

– Почему он тогда с тобой? – резко спросил Игнат.

– А он не мог в меня влюбиться?

– Ты живешь с ним как падшая женщина… мягко говоря… Где здесь любовь?

– Он разведется с женой, мы поженимся, – соврала Лия.

– Поздно уже. Юршин должен умереть, – ничуть в том не сомневаясь, сказал Игнат. Как не сомневался и в том, что сможет убить Юршина.

– Ты псих! – выдала девушка диагноз.

– Может быть. Но я его убью.

– Но так нельзя!

– Я знаю, – совершенно серьезно сказал парень. – Но я его убью. Я обещал. Он тронул тебя, сделал из тебя шлюху. И этот ресторан, и эта хата…

Игнат обвел рукой кухню так, как будто это была вся квартира, которая досталась Лие в благодарность за ее развратность.

– Но я сама согласилась… Ты и меня убей!

– Нет, – едва заметно качнул он головой.

– Странно как-то все… – Лия прижала пальцы к вискам. – Я тебя не люблю, я с тобой не хочу, а ты как банный лист… Кто дал тебе право решать, что мне можно и что нельзя? Кто дал тебе право решать, с кем я могу, а с кем нет?

– Ты можешь только со мной. – Игнат сказал это с уверенностью убежденного в своей правоте человека.