Убить в себе тебя

Раздался стук в дверь, я заметила, что достаточно долго нахожусь в ванной и поспешно двинулась к выходу.

– Привет, моя хорошая. Алёна сказала, что ты убежала сюда, что-то случилось? – спросил Никита.

– Всё в порядке, я просто хотела привести себя в порядок, – я почти что натурально улыбнулась и обняла его.

Я ощутила на себе его пристальный взгляд. Наверняка он понял, что со мной что-то не так и почувствовал моё напряжение, но он молчал, и это меня безумно радовало.

Со всех сторон огромного зала светили прожекторы, разноцветные круги и звёздочки бродили по стенам, затем собирались в центре и привлекали внимание окружающих ко мне.

Я расположилась на небольшом деревянном столике и танцевала, искусно избегая столкновения с бутылками, стоящими у меня под ногами. Сладкая жидкость из стакана в моей руке с лёгкими брызгами выплёскивалась мне на майку, оставляя за собой отрывистые влажные следы, но мне не было и дела, я полностью отдавалась ритму песни, от каждого взрывного припева мои движения набирали обороты, становились более раскрепощёнными и обширными.

– Кира, слезай оттуда! – метрах в трёх от меня послышалось восклицание Никиты.

Я отрицательно покачала головой и когда почувствовала, что он уже приближается, приняла весьма странное решение поиграть с ним в догонялки. Я перескочила на соседний столик, он за мной, затем на диван и через толпу на лестницу, ведущую наверх.

– Кира, – он позвал снова, но я даже не обернулась.

Очутившись на втором этаже, я с разбега нырнула в первую попавшуюся комнату, перед глазами помутнело, я споткнулась об одежду, разбросанную на полу и полетела к тумбочке, обречённо цепляясь руками за воздух.

Удар. От резко нахлынувшей боли я завопила, ухватилась за своё лицо и перекатилась на спину, мир вокруг меня перестал существовать, от него осталось лишь пульсирующее давление и быстро сменяющиеся образы в пределах закрытых век.

– Кира, боже, – Никита сел рядом.

Его холодные пальцы коснулись моих, я застонала и через силу приоткрыла глаза.

– Встать сможешь? – его тон стал предельно серьёзен.

Я вздохнула, провела ладонью по лицу и ощутила неприятное жжение, но игнорируя его, продолжила ощупывать свежую рану.

Я помню как Никита нёс меня на руках, как стихла музыка, как люди расступались при виде нас, словно он тащил бледное мёртвое тело.