Пацаны, не стреляйте друг в друга

– С чего вы взяли? – опешил Марк.

– Нонна сказала… Да и Егоровна твоя говорила…

– Ну, если Егоровна, – пытаясь взять себя в руки, принужденно улыбнулся он.

– И Нонна говорила… А я с ней говорила… Она сказала, что никому ничего не скажет… И родители к нам приходили. Сказали, что рот на замке держать будут…

– Чьи родители? – не понял Марк.

– Ну чьи, чьи – Антона Грецкого, Ивана Бычкова, Витьки Живородова… Переполох ты поднял, лейтенант. Но все уладить можно, чтобы тихо все было, чтобы никто ничего не знал…

– Что уладить?

– Да то и уладить, что никого сажать не надо.

– Как это не было, если было!

– Дурак ты, товарищ лейтенант, или притворяешься? – нахраписто спросила женщина. – Зачем Насте дурная слава, скажи мне! Хочешь, чтобы ей пальцем в спину тыкали?

– Нет, – растерянно покачал головой Панфилов.

– Тогда зачем в колокола бить?

– Преступник должен понести наказание… Но, в принципе, вы правы… Я так понимаю, заявление Настя писать не будет.

– Не будет, – кивнула женщина.

– Ясно.

– А Грецкого выпускать надо.

– Что-то я не понял, – нахмурился Марк. – Вы сейчас за кого хлопочете, за Настю или за Грецкого?

– И за Настю, и за него…

– Этот подонок дочь вашу пытался изнасиловать.

– Ну почему сразу насиловать? – возмущенно вытянула губы Екатерина Михайловна. – Поговорить он с ней просто хотел…

– После таких разговоров обычно дети рождаются, – саркастически усмехнулся он.

– И дети будут, со временем.

– Какой законный муж?

– Не будет же Настя век в девках сидеть. Замуж рано или поздно выйдет.

– Разумеется… Но не за Грецкого же?

– Почему не за него? Он парень видный, родители у него хорошие… А ты чего, лейтенант, побледнел? – с нахальной хитрецой во взгляде улыбнулась женщина. – Все-таки нравится тебе Настя…

– При чем здесь это? – смутился Марк.

– И ты парень видный… Но милиционер…

– А что здесь такого?

– Опасная работа.

– Это вы о чем?

– Да о том… Оставил бы ты Настю в покое, добром прошу!

Просила она добром, но вопрос был поставлен резко. Марк нервно закусил губу, глядя вслед уходящей женщине.

А спустя четверть часа к нему пожаловали родители Антона Грецкого.

Отец маленький, худенький, в плохеньком пиджачке, но на машине, да на какой. Новенькая «Лада» «девятой» модели, мечта любого советского мужчины.