Пацаны, не стреляйте друг в друга

Но парабола его бровей распрямилась, когда он узнал в нем Панфилова.

– Товарищ лейтенант? – изумленно протянул он, поднимаясь со стула.

– Уже капитан, как видишь, – от души улыбнулся Марк Илларионович.

Леонид Иванович Костромской уволился из милиции по выслуге лет, вернулся в родное село, возглавил пункт охраны правопорядка. Лейтенант Панфилов работал рука об руку с ним – сколько дел вместе раскрыли, сколько водки на пару выпили. Сыну Леонида Ивановича было тогда четырнадцать лет, а Марку – двадцать три года.

Юрка часто бывал у отца, помогал ему выявлять самогонщиков и насаждения конопли в огородах. И ничего зазорного Юрка не видел в том, что своих же сельчан в руки правосудия сдает. Не видел, потому что с детства милиционером хотел стать. Так и вышло.

– Уже капитан, – кивнул Костромской. И многозначительно глянул на погоны Панфилова.

Дескать, в полковниках ему пора уже ходить, а он все в младшем офицерском составе.

– Уже… – ничуть не смутился тот. – Должность у меня хорошая была.

Служилось хорошо, звания новые раз в год давали. С полковника начал, до капитана дослужился.

– Что за должность? – всерьез воспринял шутку Юра.

– Это анекдот такой есть. Не было никакой должности. И полковником я не был. Даже майором…

– А служили где?

– Участковым, в городе. Вот на повышение пошел. Родное, так сказать, село, старший участковый. Майора, может, скоро получу…

– Мне тоже майора пора получать, – невольно нахмурился Костромской.

– Да ты не переживай, парень.

Я здесь долго не задержусь. Будешь еще начальником. Скоро будешь…

– Да ладно, чего уж там, – смутился Юра.

– Не ладно. Думаешь, я тебя не понимаю? На капитанскую должность желающих не было, а как майорскую ввели – так начальник со стороны вдруг объявился.

– Ну, если бы со стороны… Если б я знал, что вас назначат…

– А ты не знал?

– Нет. Сказали, что какой-то «варяг» будет…

– Поэтому и решил здесь остаться, в этом кабинете? Сам себе голова, а «варяги» – сами по себе, так?

– Да нет, – смущенно пожал плечами Костромской.

 – Просто я подумал… Опорный пункт для чего строили? Вернее, для кого?

– Для кого?

– Для новых русских, из коттеджного поселка. Их же охранять надо… А о нашей Серебровке кто заботиться будет?

– Значит, новый опорный пункт – для Новой Серебровки, а старый – для Старой?.. Если бы так, Юра, а то ведь обида в тебе говорит… Или уже все в прошлом, а?

– Ну, в прошлом… – не стал противиться Костромской.