Под тонким льдом чернеет дно

Вы чемпион по фигурному катанию. А при чем здесь Игорь?

– Мы будем кататься с вами в паре на «Ледовом сезоне». А разве он вам не звонил? – изобразил удивление Артем.

– Кто, Игорь?! И что это значит, кататься в паре? – оторопело спросила Вика.

– Разве вы не знаете, что Игорь Макеев находится в больнице?

– Как в больнице?! Что с ним?!

Судя по всему, недоумение Москалевой было искренним. Похоже, она еще не знала, что произошло с ее напарником.

– Странно, Игорь в больнице у Игоря, а вы не в курсе…

– Что, спрашиваю, с Игорем?

– Перелом обеих ног.

– Значит, со мной кататься будете вы?

– Если позволите! – Артем учтиво прижал подбородок к груди.

– Ну, если Игорь сказал… Но что с Игорем?

– Я же вам говорю, у него сломаны ноги.

– Это я поняла. Но как это все произошло?

– Мы можем поехать к нему в больницу. По пути я вам расскажу…

– В больницу?

– Да, в институт Склифосовского.

– Но я не могу… То есть могу… Ну, конечно, могу!.. Черт, так я и знала, – забывшись, обронила она.

– Что вы знали?

– Да так, ничего, – спохватившись, мотнула головой Вика.

– Так мы едем?

– Да, пожалуй. Садитесь в машину.

Артем распахнул перед девушкой дверцу, и только затем, обогнув автомобиль, занял переднее пассажирское кресло.

– В Москве «Мерседесы» по дорогам ездят, а говорили, медведи по улицам ходят, – для затравки сказал он.

– А вы побольше идиотов разных слушайте!

Похоже, он смог задеть ее за живое.

– И еще преступность, говорят, высокая.

– Врут.

– А как же месье Макеев? Ему сломали ноги, его ограбили…

– А у вас во Франции все в шоколаде! – завелась Москалева.

– Нет, шоколад у нас в кафе подают… И я в кафе хожу, ничего не боюсь. А у вас тут грабят…

– Особенно ничего не боитесь в арабских кварталах, да?

– Арабские кварталы?! Арабские кварталы – это да, плохо…

Артем так увлекся своей ролью, что вдруг ощутил себя настоящим жителем Парижа, страдающим от произвола арабских молодчиков.

– А у вас, говорят, ассирийцы в Москве безобразничают…

– Ассирийцы?! – недоуменно глянула на Гончара Вика. – Почему ассирийцы, а не чеченцы, например?

– А что, чеченцы и ассирийцы – одно и то же?

– Нет, конечно… Ассирийцы у нас вообще мало что значат. Вот у вас во Франции много ассирийцев?

– Понятия не имею.

– Значит, немного.