Ночная бабочка. Кто же виноват?

Нет бы сделать сводный батальон – молодых налево, старослужащих направо, то есть в путь. Так нет, выбрали первый батальон, усилили его нашей разведротой, и вперед. Хотя бы до штатов мирного времени роты довели. До ста человек, как положено. Я уже не говорю про штаты времени военного. Так нет, как было в ротах по сорок-пятьдесят человек, так и осталось. И технику не всю взяли…

И еще что меня удивило – почему нас отправляли железнодорожным транспортом, а не воздушным. Нас же готовили к тому, чтобы выбрасывать в тыл к врагу самолетами.

Неужели наша часть зря называлась воздушно-десантной?..

Но командованию виднее – эшелоном так эшелоном, по «железке» так по «железке». Ко всему приучены. И караул организовали на высшем уровне. Вокруг суматоха, неразбериха – а у нас все согласно уставу. Развод суточного наряда, караульное помещение в отдельном вагоне – с оружейкой и даже сушилкой для промокших сапог и обмундирования… Правда, выяснилось, что караул не суточный, а на все время пути. А это не очень хорошо.

Если эшелону везде будет зеленый свет, то до того же Владикавказа можно за двое суток добраться, если нет, то и за неделю не управишься. Но если погрузка шла ударными темпами, то и зеленую улицу эшелонам откроют.

Эшелон был готов к отправлению. Поздним вечером вместе с начкаром мы приняли под охрану закрепленную на платформах технику, проверили печати на опломбированном вагоне с боеприпасами. А ночью поезд тронулся в путь. Но почему-то не в сторону Кавказа, а в противоположном направлении.

Я вопросительно глянул на Урусова. Но он лишь пожал плечами. Начальству, дескать, виднее… Начальство в армии – это все, и голова, и задница. Если все нормально, то «го», если бардак, то «жо»…

На «жо» мы сели уже утром следующего дня. Оказывается, наш эшелон прибыл в Рязань. Там и последовала команда разгружаться.

Первым не выдержал ротный.

– Твою мать! Мы бы своим ходом за шесть часов дошли! Еще вчера здесь были бы!

Но приказ есть приказ. В Рязань, поездом, непонятно зачем.

Приказ выполнили. Мы уже в Рязани, сгружаемся с поезда. А вот «непонятно зачем» осталось, так и висит над нами серым туманом. И неизвестно, сколь долго еще будет висеть и давить на извилины. Даже командир батальона ничего не знал. А это уже полный бардак…

Ситуация прояснилась лишь ночью. Был получен приказ выдвинуться в сторону военного аэродрома… Наверняка такая секретность не снилась даже крупным военачальникам во время Великой Отечественной войны.