Порочное место

Ему совсем не обязательно было говорить, что он меня любит…

– Почему?

– Хотя бы потому, что он меня не любил… Я ему нравилась, он хотел, чтобы я жила с ним, но любви не было. Я, может, и любила его, а он нет… Не тот он человек, чтобы любить кого-то. Он любил только самого себя. Знаете, есть такое понятие «нарциссизм»… И своих девушек он снимал на камеру не для того, чтобы любоваться ими, они нужны были ему, чтобы любоваться собой на их фоне…

– Да, такой он человек. Был таким человеком. Нина, давайте откроем ноутбук, я бы хотел посмотреть на фотографии…

– Вы меня, конечно, извините, но это мои фотографии.

И я не хочу, чтобы вы их видели.

– Я не про ваши фотографии. Меня интересует девушка Лиза.

Да, была такая красотка в фотоальбоме. Черноволосая, с таким же тонкими чертами лица, как у Серафимы. Такая же изящная и худенькая, как она. Круча ее приметил, но ничего не сказал и Нину не останавливал. За Лизой следовала очень красивая, но пышнотелая Таисия, и только за ней шла сама Нина.

Он возвратился назад, к первой фотографии Лизы, где она стояла в купальнике на фоне рисованного моря возле бассейна.

Море, солнце и пальмы изображены были на стене купального павильона в доме Костина. Круча узнал это место, потому что удосужился побывать на цокольном этаже, где находилась сауна с бассейном. И Вадим, судя по всему, там побывал вместе с Лизой прошлой зимой.

В этой сауне он и устроил фотосессию с Лизой. Она лежала на полоке, на животе, вытянувшись в полный рост. Одежды на ней не было, но, пожалуй, это был самый откровенный снимок во всей фотосессии.

– Худая она какая-то, – не без ревности в голосе сказала Нина. – Кожа да кости…

Костлявой Лизу не назовешь, но подкожного жира в ней действительно почти не было. И грудь совсем не маленькая, и задние формы выглядели весьма аппетитно. Так что не очень справедлива к ней Нина.

– Вы ее знаете? – спросил Круча.

– Нет. А зачем она вам?

– Да нет, ни за чем. Просто понравилась.

Вадим познакомился с ней в торговом центре, подошел, завел разговор.

Лиза оказалась большой поклонницей творчества Кафки, и он предложил обсудить его «Замок» в своей квартире. Она согласилась и через три дня была уже в его постели. Не через час-два, как обычно, а через три дня. Довольно-таки большой срок для прожженного мачо… Ее адреса в досье Вадим не оставил, зато там имелся номер телефона. И Круча переписал его в свой блокнот.

– А зачем вам ее номер?

– Сначала с вами поговорю, потом с ней.