Прощу, когда умрешь

Но слух мы пустим… Народ пусть сам решает, кто из вас двоих голубее…

Женя не паниковал, но настроение было паршивое из-за того, куда его втаптывала Виолетта. Мало того, что эта сучка назначила его своим любовником, так она еще собирается выставить его голубым. И он должен высказаться.

– Я, конечно, не хочу с тобой ругаться…

Но начал он неуверенно, и Виолетта тут же этим воспользовалась.

– Не хочешь, и не надо!.. – поднимаясь, резко сказала она. – Мой тебе совет: если хочешь выбиться в люди, слушайся меня во всем.

В это верилось с трудом, но Женя промолчал. Он много чего претерпел на своем пути к славе, так много, что грядущий голубой имидж – ничто по сравнению с этим. Ну а секс, который у него был с Виолеттой, он запросто может записать в свой актив. Она же не какая-то страшная старуха, как раз напротив, победой над такой женщиной можно только гордиться.

Виолетта уже собиралась уходить, когда снова вдруг вспомнила про своего мужа.

– Да, кстати, не советую трепаться о том, что здесь было, – строгим тоном сказала она. – Если Фокин узнает, он тебя убьет. Меня он не тронет, потому что без меня ему никак, а тебя закопают. Или бетоном зальют. Или в печи крематория сожгут. А можно на мелкие кусочки, а потом в канализацию… Но это не тебе выбирать. Тебя даже ни о чем не спросят. А у меня спросят.

– Да не собираюсь я ничего говорить, – ошарашенно мотнул головой Женя.

– И не надо…

– А он у тебя кто?

– Бандит, – просто, как о чем-то привычном, сказала Виолетта.

– А разве их еще не перестреляли?

– Мафия бессмертна. Но Фокин свое уже отсидел. Почти отсидел…

– Что значит почти?

– А то и значит, что скоро вернется… Он у меня интересный мужчина, – как будто даже мечтательно улыбнулась Виолетта.

– А-а…

– А то, что я с тобой была, так это вполне нормально. Я же не кукла, я живая женщина и не могу без секса. Да и нравишься ты мне, честно говоря… Не заморачивайся, парень, а то извилины засохнут. Давай спать ложись, завтра у тебя будет трудный день…

Виолетта ушла, закрыв за собой дверь, а Женя еще долго стоял и тупо смотрел ей вслед. Он ломал голову над ее последними словами.