Прощу, когда умрешь

Ухоженный, загорелый, с аккуратной мушкетерской бородкой. Глаза черные, завораживающие… Было в нем что-то такое притягательное, но Марьяна даже не собиралась кокетничать с ним. Молча повернулась к нему спиной и продолжила путь.

Но мужчина не отставал.

– Девушка, вы меня не узнаете?

– Представьте себе, нет.

– Мы же с вами в одном доме живем. Вы в тридцать четвертой квартире, а я над вами…

– Не знаю, не видела.

– Вы с Женей Калининым живете.

Марьяна резко остановилась и с удивлением посмотрела на приставалу.

– Вы откуда знаете?

– Видел я его, он из вашей квартиры выходил… У меня его диск в машине. Не верите? Могу показать… – Он ткнул пальцем в сторону новенького черного «Мерседеса» представительского класса. – Поехали, а то голова мокнет…

– Ну, если диск покажете, – улыбнулась девушка.

Как будто диск с фотографией Жени мог стать пропуском в ее мир… Но именно так и случилось. Мужчина сел за руль, опустил стекло, предъявил диск и открыл для нее дверь изнутри.

Марьяна удовлетворенно кивнула и села рядом с ним.

– Меня Георгий зовут. Можно просто Гоша. Можно, но не всем, – загадочно улыбнулся он. – А вас как зовут?

– А вы не знаете?

– Диска с вашим фото у меня пока нет.

– Пока?

– Ну, мало ли, вдруг вы тоже станете звездой. Потянетесь за Женей и взлетите вслед за ним… Кстати, мне нравится, как он поет. Ноги сами в пляс идут. Или вы не согласны?

– Еще как согласна.

Георгий без подсказок подвез Марьяну к дому, сначала вышел сам, обогнул машину и открыл ей дверь.

Они вместе поднялись к ней на этаж, зашли в квартиру. Только тогда до нее вдруг дошло, какую глупость она совершила. Но тут же возник вопрос: как она могла такое допустить? Неужели Георгий так сильно ее очаровал? Или зачаровал…

– А разве я вас к себе приглашала?

– Да, но не выгоняли, – весело улыбнулся мужчина.

Он закрыл за собой дверь, но в злодея превращаться и не думал.

– Я бы вас попросила…

– Жаль! Хотелось бы взять автограф у Жени.

У меня сестра от него балдеет, да и мне нравится.

– Женя на гастролях. Он сейчас в Рязани выступает.

– А когда вернется?

– Послезавтра обещал…

– Хорошо, подожду его до завтра.

Марьяна открыла рот от удивления, глядя, как он, сняв обувь, протопал на кухню. Наглость этого Гоши не знала границ. Но ведь смелость города берет. Как бы самой не пасть перед ним. Вдруг возьмет ее силой. А может, измором.