Прощу, когда умрешь

А знаешь, зачем продюсерша голубизну эту придумала? Чтобы мужу голову дурить. Чтобы муж не ревновал. Дескать, Женя голубой, а потому и переспать с ней не может. А он с ней спит. Еще как спит!

– С тобой все в порядке?

Гоша неторопливо поднялся, вышел из комнаты, вернулся с каким-то конвертом в руках, вынул из него несколько фотографий, протянул их Марьяне. Снимки не очень хорошего качества, видно, что это кадры с видеозаписи. Но Женю она узнала. Какая-то шлюха стояла перед ним на четвереньках, а он отрабатывал на ней упражнения из «Камасутры».

И на остальных фотографиях примерно то же самое.

– И что это за шалава? – возмущенно спросила Марьяна.

– Эта шалава – моя жена, – мрачно усмехнулся Гоша. И снова приложился к бутылке.

– Твоя жена?! Хочешь сказать, что Женькин продюсер – твоя жена?

– Так и есть.

– А где живет твоя мама?

– Моя мама в Омске живет. И моя сестра от твоего придурка Жени не тащится… Разыграл я тебя.

– Зачем?

– Как зачем? Отомстить хотел. И отомстил. Твой Женя трахнул мою жену, а я трахнул тебя…

– Козел ты!

– Козел – твой Женя… Я его грохнуть могу.

Это нетрудно. И закона я не боюсь… Но зачем убивать курицу, которая несет золотые яйца? Твой Женя – талант, народу нравится. Пусть дальше поет. А с женой я разобрался. Она больше не будет…

– Где она?

– Хочешь посмотреть? Могу дать тебе лом.

– Лом?

– Там в гараже яма смотровая была, я Вилку в нее замуровал. Если хочешь на нее глянуть, надо бетон ломать, без лома никак…

– Ты это серьезно? – ужаснулась Марьяна.

Если он признался в убийстве жены, значит, не собирался оставлять в живых и ее саму. Он бандит и уголовник, он все может… Вот тебе и дурная история. Дурнее не бывает.

– Нет, конечно. Юмор у меня такой черный, – усмехнулся Гоша. – В клубе Вилка, работа у нее.

– В «Колоннаде»?

– Ну да, она же там начальник… Это казино – моя тема. Мы в девяностых тут по Москве покуролесили. Бабла наколотили, в бизнес вложили. Казино, кабаки, отель. Все это сейчас реально мое. А Вилка рулит, – Гоша смотрел в потолок, со стороны казалось, будто он разговаривает сам с собой.

 – У нее это конкретно получается. Я в эти дела практически не вмешиваюсь… Если ее задвинуть, кто рулить будет? Я? Самому во все вникать?.. Не, я, конечно, вникаю, у меня бойцовский клуб, я этим конкретно занимаюсь. Бойцы у меня знаешь какие? Ну, и со стороны людей приглашаю. Показательные бои, интересно. И деньги неслабые… А всем остальным Вилка занимается. Она меня любит.