Роковой соблазн

Он с размаха ударил его кулаком в грудь, и Татьяна услышала, как хрустнули ребра. Игорь крякнул и затих, но Саша еще пару раз приложился к нему. И каждый его удар мог закончиться смертельным исходом для противника, с такой силой он бил…

– Вот мразота! – Он распрямился, глянул на Татьяну, затем обхватил обмякшее тело насильника, вышвырнул его из комнаты и ушел сам, плотно закрыв за собой дверь. Татьяна оделась, заправила кровать и даже выбросила из окна пустую бутылку из-под коньяка. А Саша все не возвращался.

Она не хотела его видеть, но раз уж он появился, надо было с ним поговорить.

Она не выдержала, открыла дверь, выглянула в коридор и увидела Гасанова в компании с Викой.

– Да она сама напросилась! – Вика осеклась, заметив Татьяну, и отвернула голову в сторону.

Татьяна в истерике захлопнула дверь, бросилась на кровать, зарылась головой в подушку, но тут в комнату вошел Саша, хлипкий стул жалобно скрипнул под тяжестью его тела.

– Где Игорь? – дрожащим голосом спросила она.

– Да нормально все, жить будет… – Гасанов смотрел на нее с каверзной насмешкой. – Я думал, он тебя насилует…

– Так и было! – Татьяна вспыхнула и повернулась к нему спиной.

– А я так понял, что все по согласию…

Она резко повернулась к нему, полоснула взглядом, будто пощечину влепила.

– А если по согласию, то что?

– Да нет, ничего… – пожал плечами Гасанов.

– Чего приперся?

Саша не нравился ей как мужчина. Дубовый он какой-то – причем как внешне, так и внутренне.

Насквозь деревянный, одним словом. Даже глаза у него такие – вроде теплые, но в них твердая, дубовой крепости пустота. У Кости глаза умные, взгляд пытливый, как у целеустремленного человека, да он и пытался чего-то добиться. Кафе у него свое. А Саша из тех людей, которые плывут по жизни, как бревна – куда понесло, туда и катятся.

– Да вот, соскучился…

– С чего бы это?

– Ну, сестренка сказала, что роман у нас, – хитро сощурился Гасанов.

– Извини, но я твою сестру обманула.

– А мою сестру обманывать нельзя! – Его взгляд сразу заледенел, повеяло колючей стужей.

Татьяна невольно поежилась. Вроде бы и не злой он, Саша, но страшный. Умел быть страшным.

– Тогда я пошутила, – нашлась она.

– Такими вещами не шутят… – ухмыльнулся Гасанов. – Назвалась груздем, полезай ко мне в кузов.

– Не хочу я к тебе в кузов! – возмущенно мотнула головой Татьяна.