Роман с убийцей

Скорее всего, так и будет. Обузой для мамы он не станет.

За дверью послышались голоса. Мама открыла дверь, впустила в дом какого-то мужчину. Возможно, сосед побеспокоил, не исключено, что замечательный.

Из ванной Олег собирался выйти в банном халате, но присутствие постороннего мужчины внесло свои коррективы. Он вынул из стиральной машины грязные джинсы и футболку, надел их. Дело состояло в том, что если мужчина и правда замечательный, то этот халат вполне мог принадлежать ему.

В коридоре Олег нос к носу столкнулся с лысым типом, очень похожим на Шампиньона.

Такой же мордастый, щекастый, тупоносый, плотный и мощный. Олег на мгновение остолбенел, приняв его за приведение.

– Ты кто такой? – спросил мужчина.

Он был моложе Шампиньона, немногим старше тридцати, и выглядел получше. Плотный, мощный, но подтянутый, и лицо не обрюзгшее, мешки под глазами еще только в стадии зачатия. Голова была выбрита до зеркального блеска, на щеках стильная щетина. Дорогая белая рубашка с модным воротником, на шее серебряная или даже платиновая цепочка.

Загар у него такой же морской, как у мамы. Возможно, они делили один курорт на двоих.

– Юра, да что ты! – Мама тихонько толкнула мужчину в плечо.

Тот сердито зыркнул на нее.

Она пугливо подалась назад и робко произнесла:

– Я же говорила тебе, что сын вернулся.

– Вернулся, стало быть? – Юра глянул на Олега так же сердито, с той же усмешкой хама, обнаглевшего от своей безнаказанности.

Парню жутко захотелось засунуть палец ему в нос и шарахнуть мордой об стенку.

Он знал сотню способов ушатать этого самодовольного болвана, но руки распускать не стал, даже мило улыбнулся и представился:

– Олег.

Он хорошо помнил, как страдал в детстве. Кто-то сказал ему, что мама бросила его за плохое поведение. Мальчишке тогда очень хотелось стать хорошим, образцово-показательным, чтобы мама узнала об этом, вернулась за ним и забрала к себе.

Вот и сейчас ему захотелось стать хорошим. Но руку Юре он не протянул. Во-первых, не хотел, во?вторых, видел, что этот жук и сам не захочет обменяться с ним рукопожатием.

– Сын, значит?

– Сын, – подтвердил Олег этот факт, настраиваясь на долготерпение.

– Вернулся?

Олег перевел взгляд на маму, и она кивнула.

– Вернулся, – сказал он.

На самом деле она бросила его, наплевала на свой материнской долг, но сейчас он готов забыть об этом. Хотя бы ради нее. Мама ведь раскаялась, сама сделала первый шаг. А он ее прогнал, поступил бессовестно.