Русалка в золотой чешуе

– А зачем он нам без нее нужен? – Котофей поморщился. – За твою челюсть спросить? Так это ты сам. Если сможешь.

– Нет, я личное выше общего не ставлю, – обескураженно проговорил Филей.

– Тогда сиди ровно, не ерзай!

– Богдана про Жанну знает.

– Что она знает? Видела, где эту суку зарыли? Что она может сказать? И кому?

А вот Жанна сказать могла. Она видела, как Жека задушил Эллочку, но никому ничего не говорила, пока с катушек не сорвалась. На Жеку заявить намылилась и самого Котофея на чистую воду вывести.

Сначала она перед подружкой растрепалась, потом уже в Москву собралась, но так и не уехала. Не смогла. Побегала немного по городу и успокоилась. А если точней, упокоилась.

– Матвею скажет.

– И что?

– А если он мстить начнет?

– Он уже отомстил. Челюсть тебе сломал и уехал. А Жанна осталась. Почему он ее с собой не забрал? Потому что конченая она. Зачем ему такая? Кто за опущенных мстит?

– А вдруг?

Котофей задумался. Матвей Самойлов – темная лошадка, и неизвестно, как он себя поведет.

Если сам не пойдет против братвы, то спецов из ФСБ подключит. Может, зачистить его, пока не поздно? У Котофея есть люди, которые могут справиться с ним, так почему бы не подключить их к делу?

Машина шла по грунтовой дороге мягко, двигатель работал тихо, нигде ничего не тарахтело, не дребезжало. Если закрыть глаза, то можно представить, что находишься в иномарке. Но Дана знала, на чем ехала. Матвей вез ее в Москву на «Ладе Приоре». Машина новая, но…

Впрочем, ее отец тоже когда-то ездил на «Ладе», и ничего, до сих пор с восторгом вспоминает свою молодость.

Над «Приорой» он точно не посмеется, хотя сам по старой доброй традиции ездит на «шестисотом».

– Дом у тебя свежий и машина. Да и сам как новенький, – улыбнулась она.

– Для кого новенький? Для тебя?

– А если для меня?.. Может, пересечемся как-нибудь? – неуверенно сказала Дана.

Матвей все больше нравился ей. Надежный парень, основательный, такой если полюбит, то навсегда. Но этого не случится.

Может, потому он и нравился ей. Сегодня они расстанутся, а завтра Дана уже и забудет о нем. Тогда зачем городить огород?

– Завтра, например.

– Завтра, – кивнул он. – В семнадцать ноль-ноль.

– Э-э… завтра у Зайки свадьба.

Он улыбнулся себе под нос. Ни досады в этой усмешке, ни обиды.

– Можно как-нибудь потом.

– Не напрягайся. – На этот раз он улыбнулся ей.

Надо же! Хоть бы чуть-чуть расстроился.

– Нормально все. Ты попала в беду, я тебя выручил.