Сгори дотла, моя звезда!

 – Но после того, как вы пройдете испытательный срок.

– А что, могу не пройти?

– Можете пролететь.

– Были прецеденты?

– О! Сколько угодно!

– Даже министр МВД, говорят, к вам пробовался, но…

– Нет, вас обманули, министр МВД к нам не пробовался.

– А министр по «звездам»?

– Не слышала о таком министре.

– Я, если честно, тоже. Но думаю, что есть такой министр. Если есть отдел особых расследований, то есть и особое министерство…

– Вот вас туда и отправят, если не пройдете испытательный срок… Ваш кофе!

– Надеюсь, с сахаром.

– Да.

– От всей души?

– От всего чалда!

– А ругаться зачем?

– Я не ругаюсь, – слегка смутилась Катя. И с насмешкой: – Это пакетики для кофеварок…

Артем уже обратил внимание на аппарат. Серьезная кофемашина с автоматической подачей сахара. У него на кухне стояла примерно такая же. И что такое чалды, он, конечно же, знал.

– Фильтры-пакетики с молотым кофе, – уточнил он. – Но сахара там нет. Сахар отдельно…

– Какая разница?

– Большая. Такая, как между холодным чалдом и горячей душой… Спасибо за сахар… Екатерина Матвеевна.

– Алексеевна.

– Если от всей души, то какая разница, Матвеевна или Алексеевна?.. Вот если от всего чалда… А я от всей души, Катенька. Только не думай, что я с тобой заигрываю. Просто кофе у тебя такой чалдовский, что расцеловать тебя захотелось. Мысленно, само собой…

Артем опомнился и ущипнул себя за ладонную подушку большого пальца. Понял, что увлекся, и осадил себя. Не нужны ему служебные романы; и хорошо, если Катя придерживалась того же мнения.

В приемной появился парень в штатском, несколько иного телосложения. Рост ниже среднего, длинная взлохмаченная голова, глубокие круглые глаза, смешные оттопыренные уши, большой рот с тонкими губами. Шея тонкая, но плечи широкие, даже атлетические, можно сказать. И живот – большой комок нервов. Ноги короткие, кривые, но ступня как минимум сорок шестого размера. Бледная, не поддающаяся загару кожа лица, тусклые глаза, вислый нос, вялые щеки, рыхлый подбородок.

Брови густые, длинные и наискось к середине лба, отчего создавался эффект плачущего лица. Налицо были все признаки слабого характера, никчемного и совершенно не уверенного в себе человека.

Но походка этого индивидуума свидетельствовала об обратном. Шаг широкий, размашистый, движения энергичные. Он столь стремительно приближался к столу, что могло показаться, будто он собирается опрокинуть его вместе с Катей. Остановился он в самый последний момент.