Сладкое яблоко раздора

Малахов это понял, из головы совсем выскочило.

– Что выскочило?

– А то, что тебе майора присвоили.

– Мне?! – взбодрился Егор.

– А на меня пока не подписали…

– Подпишут!

– Одним приказом должны были… Ну да ладно, мне начальника, тебе майора… Поздравляю!

Макс пожал руку три раза, первый – за Малахова, второй – за всех, третий – за себя. Но звезды на погоны вешать рано. Во-первых, некуда: мундир в шкафу, а во?вторых, сначала проставиться нужно, обмыть, без этого никак.

Из машины Егор выходил в приподнятом настроении.

И в более высоком статусе. Макс, конечно, еще тот фрукт, он мог и разыграть. Но есть вещи, с которыми не шутят, и Макс знал их наперечет. К тому же скорое повышение в звании им обещал сам генерал Соболев.

Завод охранялся по всем правилам, на проходной вооруженный чоповец, но он помочь им ничем не мог. Пришлось поднимать вахтера, седовласого мужчину с тяжелыми обвисшими щеками. Как будто липосакцию лица ему сделали, жирок откачали, а излишки кожи не срезали.

– Юрия Константиновича я знаю, путевочку обещал мне в санаторий оформить, – листая страницы на компьютере, проговорил мужчина.

– Убили Юрия Константиновича, – сказал Макс.

– Как это убили? – встрепенулся вахтер.

– Накрылась ваша путевочка, – развел руками Егор.

– Как это накрылась?

– Благодаря кому-то. Кого мы должны наказать.

– Да, наказать надо… – закивал мужчина. – Вот, восемнадцать двадцать две, время, когда Юрий Константинович прошел через вертушку.

– Один выходил?

– Один… Я еще хотел уточнить насчет путевочки в санаторий, вышел за ним, а он уже далеко был, в машину садился.

– Спешил куда-то?

– Да нет… Это скорее я долго думал… Достал я его своей путевочкой! – Вахтер задумался.

А действительно, как сильно он надоел председателю профкома?

– Значит, в машину садился?

– В машину. Она у него тут неподалеку стояла. Как бы начальство!

– Как бы?

– Для начальства у нас прямой проезд, и стоянка там своя. – Вахтер махнул рукой в сторону административного здания на территории комбината.

– А Юрий Константинович в этот список не входил?

– Ну, там у них были какие-то трения… – пожал плечами мужчина. И снова ушел в себя, глядя при этом на Егора.

А не слишком ли много он говорит?

– Какие-то трения, но все-таки начальство, и машину может у самой проходной ставить, так я понял?

– Да, там для него место выделено.

– Как выделено?

– Барьер парковочный имеется.

– А барьер кто поднимает?

– Он сам и поднимает.