Сладкое яблоко раздора

Домой? – спросил Павлов, наконец-то тронув машину с места.

– Знаешь, я бы с Трутовой поговорил… – Егор уловил хоть и легкое, но все же волнение в своем же голосе.

Ну, красивая баба эта Трутова Альбина Сергеевна, но так она не одна такая. К тому же он женат, и что-то нет желания изменять Марине. Да и не сможет он подступиться к Альбине, он же не сволочь какая-то, чтобы окучивать свежеиспеченную вдову. Но поговорить он с ней хотел. И прямо сейчас. Тем более что даже легкое волнение смогло раскачать и разогнать сон.

– Может, мужу кто-то угрожал, чего-то от него хотел…

– Борщевик мог угрожать, – кивнул Макс. – Или кто-то из его стаи.

– Я спрашивал, она сказала, не знает.

– Так угрожал или не знает?

– В том-то и дело.

– Может, завтра? – Макс зевнул во весь рот, да так быстро, что не успел подставить кулак.

– Давай все-таки заедем. Все равно по пути.

К дому Трутова они подъехали без десяти два, следственно-оперативная группа уже закончила работу, тело увезли. Заслышав шум подъехавшей машины, Трутова открыла калитку, выглянула.

– А если бандиты? – спросил Стасов, закрывая за собой дверь. – А у вас калитка открыта!

– Какие бандиты? – Женщина настороженно смотрела на него.

Стасов ее пугал, но вместе с тем она и тянулась к нему. Как будто он мог защитить ее от опасности. А он мог.

– Ну, вы же не думаете, что вашего мужа убили эльфы?

– Гоблины. Моего мужа убили гоблины!

– Без разницы.

– Как это без разницы?

– Эльфы, гоблины, орки – профсоюз у них один и тот же.

– Почему профсоюз?

– Ваш муж возглавлял профком, вот я и подумал. Может быть, кто-то разобрался с ним в связи с работой по профсоюзной линии.

– Не знаю, – поежилась Трутова.

Теплый спортивный костюм на ней, поверх меховая жилетка, а все равно холодно.

– Я слышал, у вашего мужа были какие-то трения с Лазаревым, владельцем комбината.

– Не то чтобы трения. – Зубы Трутовой вдруг отстучали дробь.

– Вам холодно, может, в дом пройдем? – спросил Стасов.

– Нет!

– Почему нет? – удивленно повел он бровью.

– Не могу я там одна находиться… – Альбину Сергеевну натурально затрясло.

– А с вами никого нет?

– Мама только завтра подъедет.

– Мама подъедет, а от вас только ледышка останется, – совсем не весело улыбнулся Егор.

– У меня есть чем согреться! – заявила она.

– Кстати, вам это сейчас точно не помешает. – Он приложил палец к горлу.

– Да нет… В бане печка, огонь разведу… В баню пойду, а домой нет.