Сладкое яблоко раздора

– И меня очень любил!

– Не сомневаюсь! – Егор сел, устраиваясь поудобнее.

Он всем видом давал понять, что готов слушать долго и внимательно. При этом он краем глаза держал под наблюдением входную дверь. Мало ли, вдруг убийцы решат вернуться на место преступления.

– Но все возможно. Мужчина – животное полигамное.

Стасов недоуменно повел бровью.

– В хорошем смысле.

– Ну, если в хорошем, – усмехнулся он.

– А если там было что-то плохое, давайте выкладывайте, я готова ко всему… Да и чего уже бояться?

Трутова подошла к шкафу, взяла бутылку виски, стакан, плеснула себе и, не предлагая Егору, выпила.

– А что выкладывать?

– Начальник ваш подъезжал, про Еву Лазареву спрашивал. Это же ее кулон?

– Ну-у… Вообще-то, я заводом занимался. На котором работал ваш муж. Кто-то следил за ним. От самого завода… Может, у вас есть знакомые, которые ездят на темно-сером «Фольксвагене Туарег»? Машина неновая, возможно черного цвета.

Егор чуть заметно усмехнулся. Это вахтер предположил, что от старости черный цвет мог перейти в темно-серый.

– Есть знакомые, – кивнула Трутова. – Но машина новая. Ну, почти…

– Кто, если не секрет?

– Так была здесь Ева? – сквозь зубы спросила Трутова.

– Я же говорю, не знаю. Но если начальник спрашивал о ней…

– Сука! – едва слышно, но с чувством выплеснула Альбина Сергеевна.

Как это ни странно, злость прибавила ей очарования, во всяком случае внешнего. Егор невольно залюбовался женщиной. Ей немного за тридцать, не очень молодая, но выглядела она просто здорово.

– Ева чем-то угрожала вашему мужу?

– Чем-то?.. Собой угрожала! Все в постель к нему набивалась. Потаскуха!

– И что?

– Вы ее видели, эту Еву Лазареву?

– Ну, не скажу, что она выглядит лучше вас, но в целом…

Ева действительно могла очаровать кого угодно, неудивительно, если Малахов влюбился в нее. Но ему можно. Малахову сейчас просто необходимо лекарство. От Стеллы, жизнь которой оборвала пуля. Можно сказать, бандитская.

– Я не знаю, что у них тут было!

Альбина не отреагировала на скрытый комплимент, но в этот раз налила и Егору.

– А вы хотите сказать, что это Лазарева набивалась в постель к вашему мужу?

– Набивалась!

– А ваш муж сопротивлялся?

– Какое-то время точно.

– Может, он и сегодня сопротивлялся? – задумался Егор.

Что, если Ева, избалованная вседозволенностью, попыталась навязать Трутову секс силой? И кулон он мог сорвать, отталкивая ее.