Страсть по понятиям

Полное презрение к собаке и агрессивное побуждение во взгляде и телодвижениях. И сейчас я смотрел на пса как на какое-то ничтожество, но при этом приготовился ударить его ногой. То ли сработал этот прием, то ли двортерьер и не думал меня кусать, так или иначе, он присмирел, беззлобно ткнулся носом в мою ногу. Только тогда я перевел взгляд на Настю, задорно улыбнулся ей и подмигнул. Она отпрянула от окна, как будто я голышом купался в бане, а она подглядывала за мной.

Собака лизнула мою штанину. Я прошел мимо, а она осталась на месте.

Оглянувшись, я увидел, как она стоит на трех ногах и метит мой остывающий след. Ну вот, хоть как-то, но отомстила.

За калиткой на обочине дороги чуть под наклоном стоял серебристый внедорожник «Лексус» с обтекаемыми формами. Новая машина, дорогая, и нетрудно догадаться, кому она принадлежит.

Не знаю, продолжала наблюдать за мной Настя или нет, но я мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Хорошо, что я отогнал свой кемпер подальше от дома. Не надо ей знать, что у меня своя гостиница на колесах, это раз.

Да и не хотел я, чтобы она видела, как я сажусь за руль своей развалюхи.

Впрочем, за руль я сразу садиться не стал. Надо бы провернуть на всякий случай одну работку.

Ваня сидел на нижней ступеньке, поставив ноги на землю. В руке – банка пива, в глазах – застывшая озадаченность. Он смотрел на зеленеющее за камышом озеро, тупо думая о чем-то своем.

– Может, пропустишь меня? – спросил я.

– Да, конечно.

Он поднялся на автопилоте, сдал в сторону.

Только тогда до него дошло, что я уже вернулся.

– Ты уже все?

– Не думаю… Ну как водичка? – спросил я и шлепнул севшего на шею комара.

Летающего зверья в этих краях с избытком, особенно у воды, а Ивану хоть бы хны, сидит себе на открытом воздухе, комарье в салон запускает. Ладно, от этой напасти спасет фумигатор, а как Ване быть? Его же с ног до головы наверняка искусали. Сейчас он под пивной анестезией, а ведь скоро чесаться начнет. Мазь обезболивающая пока еще есть, но ведь она не всегда помогает.

– Я не купался, – вздохнул он.

– Почему? Комаров испугался?

– Да нет, раков. Ты же сказал, что там раки большие.

– И что? – насмешливо сощурил я глаза.

– Большие раки – больно кусаются.

– Кто тебе такое сказал?

– Ты сказал.

– Не говорил я такого.

– Ну, не сказал, но дал понять. Раки, говоришь, большие. А если большие, значит, больно кусают. Я же не дурак, я все понял.

Я приложил кулак к губам, чтобы не прыснуть со смеху.