Томится душенька на зоне

 – О какой порнографии вы говорите?

– Надеюсь, вам известен гражданин Коготков?

– Да, конечно…

– Так вот, он дал показания, что вы, гражданка Володарцева, упрашивали его снять вас на видео в обнаженном виде…

– Что?! – схватилась за голову Евгения. – Да как он мог такое сказать?

– Он не просто сказал, он дал показания, под протокол. Он раскрыл твою порочную суть, Володарцева… Мало того, он утверждает, что с гражданином Быковым вы отправились на дачу к его родителям для того, чтобы сняться в любительском фильме порнографического содержания…

– Бред!

– Боюсь, что у следствия есть неоспоримые доказательства.

– Этого не может быть! – ужаснулась девушка.

Она была в полубессознательном состоянии, когда на нее навалился «режиссер» Леша. И не могла видеть, снимал их кто на видеокамеру или нет. Но камера была, и на порядочность Адама и его дружков рассчитывать не приходилось.

– Все было, Володарцева.

– Но меня насиловали.

– Не знаю, не знаю, – уничижительно хмыкнул Рыбин. – Я просмотрел пленку и не заметил, чтобы вы сопротивлялись…

– Я была без сознания. Они опоили меня снотворным…

– Вы утверждаете, что были без сознания, и при этом говорите, что вас опоили снотворным. Если бы вас опоили снотворным, вы бы просто спали, а вы говорите, что были без сознания. Неувязочка получается…

– Я не знаю, чем они меня опоили. Может, это было не снотворное.

– Вы употребляете наркотики?

– Я?! Наркотики?! Вы с ума сошли?

– С ума сошла ты, Володарцева. Сама совратила молодых людей, сама устроила порнографию, а потом написала на них заявление. На что ты рассчитывала? Чтобы кто-нибудь из них женился на тебе? А ты не подумала, что никому из них такая шлюха, как ты, в жены не нужна.

– Шлюха?! Да как вы смеете! – взбеленилась Евгения.

И даже вскочила со своего места, едва удержав себя от того, чтобы не вцепиться негодяю в его сальные патлы.

Рыбин тоже поднялся. Стараясь сохранять самообладание, налил в стакан воды из графина, но вместо того, чтобы напоить Евгению и тем самым хоть как-то успокоить, выплеснул жидкость ей в лицо.

– Успокоилась? – резко спросил он.

Евгения села, уронив голову на грудь.

– Какой же вы мерзавец…

– Только давай без сцен, Володарцева. Я знаю, что ты у нас актриса, и не надо здесь лицедействовать… Давай смотреть фактам в лицо.