Тот, кто вышел из огня

– А ты хочешь, чтобы я осталась с тобой? Думаешь, Чубук меня так просто отпустит?

– Ну, если мы уедем, он до нас не дотянется.

– Дотянется. Он до моих родителей дотянется.

– При чем здесь твои родители?

– А он на всю голову отмороженный, ему все равно, кого убивать, – зло проговорила Кристина. – Если он захочет мне отомстить, он убьет моих родителей. И твоих тоже… Ну что, едем в Питер?

– Ну, если он такой отмороженный, надо подумать…

– Поверь, он нас в покое не оставит.

Кристина поджала губы, на которые вдруг наползла предательская улыбка.

Она не любила мужа, боялась его, даже зла ему желала, но все-таки ей доставила удовольствие мысль, что Гена ради нее будет рвать и метать.

– Ну, я бы оставил его в покое, – пожал плечами Макар.

– Он тебя не оставит. И меня тоже.

– Тогда надо его успокоить.

– Это ты о чем? – всполошилась Кристина.

– Я знаю, твой Гена – чудовище, но ведь и чудовища тоже смертные.

– Ты что, убьешь его?

– Это правда, что он тебя изнасиловал?

– Ты хочешь ему отомстить? – затаив дыхание, спросила она.

 – А сможешь?

– В каком смысле, смогу?

– Ну, я даже не представляю, как можно убить человека…

– Я тоже. Но Чубук – не человек. Он враг. А врагов уничтожают, – совершенно спокойно, завораживая уверенностью в своей правоте, ответил Макар.

– Ты убивал?

– На войне – да.

– Но сейчас не война.

– Война. За тебя. И Чубук ведет себя как настоящий враг.

– Давай не будем об этом, – умоляюще посмотрела она на него.

– Как скажешь, – разгоняя машину, пожал плечами Макар.

Когда они уже выехали из города, Кристина неожиданно произнесла:

– Жаркая у тебя печка, но платье у меня все равно мокрое… Ты же не против?

Он был не против, поэтому она сняла платье, оставшись в одних трусиках.

– Если тебя это не смущает… Пожалуйста, останови машину.

Во-первых, она не хотела, чтобы машина вдруг оказалась в кювете. А во-вторых, она уже изнывала от желания…

Макар съехал на обочину, остановился. И тут же остался без футболки.

В конце концов, она у него тоже мокрая, и Кристина просто обязана была помочь ее снять…

Он опустил спинку кресла, уложил Кристину на спину и мягко навалился на нее, накрывая губы поцелуем…

Глава 4

Слепящий луч солнца заставил зажмурить глаза. Мама зачем-то постирала шторы, окно голое, и нет преграды для солнечного света. Но так Макару и не хочется от него прятаться. Ведь это не просто день наступил, это – начало новой жизни.