Третий должен уйти

Пришлось мне приводить его в чувство.

Он открыл глаза и первым делом попытался схватить меня за грудки, но я поймал его руки:

– Ты из какой психушки сбежал?

К нам подходили любопытные, с каждой минутой зевак становилось все больше, и это мне совсем не нравилось. Как бы менты не подтянулись…

– Я тебе пасть из-за Лизы порву! – прохрипел парень.

– Какая Лиза? Я с ней даже не знаком!

– А где она?

– Уехала… Не на того наехал! – усмехнувшись, ответил я.

Весна – время, когда солдаты возвращаются домой.

И этот дембельнулся, приехал в родной город, а его Лиза уже с другим. Узнал он эту новость, раздавил с горя бутылек, а потом отправился выяснять отношения. Он же не просто солдат, а десантник, значит, герой.

Я повернулся к нему спиной и пошел к центру города. Все, нагулялся, пора домой. Шишка на скуле надувается, нос распухает, губа кровит. Под глазами вроде ничего нет, это хорошо. Послезавтра мне на завод надо идти, как я там с подбитым глазом покажусь?

Десантник догнал меня, хлопнул ладонью по плечу:

– Слышь, братан, ты это, извини!

– Да ладно.

– А Лизка, значит, уехала?

– Только от тебя и узнал, что ее Лиза зовут.

– Извини, не понял. Газанул я сдуру! – щелкнул он пальцами по горлу.

– Кирпичи о голову ломать не пробовал?

– Могу и об голову! Могу и так! Слышь, а ты чего спросил? – запоздало насторожился солдат. – Ты это, не быкуй!

Я промолчал. Может, он и умел бить кирпичи об голову, но мне схватку проиграл. Именно поэтому мне сейчас не нужно было ничего доказывать.

И оправдываться не надо.

Инцидент исчерпан, копья сломаны, и пора уже расходиться, но десантник продолжал идти рядом со мной. Какое-то время он молчал, напряженно о чем-то думая.

– Слушай, а Лизка тебе ничего не говорила? Ну, куда она поехала?

– А где у нас здесь крутые тусуются?

– Крутые? Ну да, ребята реальные… – Парень поморщился, ощупывая отбитую челюсть. – Ты их не знаешь?

– Нет.

– Ну, мне сказали, что она с каким-то Лешим замутила…

– Не похожа она на кикимору, – с усмешкой заметил я.

– Кто кикимора?! – возмущенно протянул парень. – Лизка?! Ну, ты, в натуре! – Он резко схватил меня за руку, остановил, развернул лицом к себе. И даже сделал движение, чтобы ударить кулаком, но спохватился, сдулся и виновато посмотрел на меня: – Слышь, ты извини, братишка! Что-то клинит реально!

Обыкновенный он парень, с простецким, плохо запоминающимся лицом. Рослый, мощный, тяжеловесный.