Третий должен уйти

 – Их у меня тут каждый второй. И не выгонишь!

– Почему? – вырвалось у меня.

– Как почему? – Платон Андреевич удивленно повел бровью. – А их семьи кто кормить будет?

– Пусть не пьют, если о семьях заботятся.

– А они заботятся?.. Я забочусь, а они – нет. Такая вот петрушка… Да и специалисты они…

– Грузчики?

– Ну, грузчики тоже специалисты…

– Видел я этих специалистов… – хмыкнул я. – И как они кирпич в штабеля уложили, видел… Тут автопогрузчик нужен, а не грузчики…

– Есть автопогрузчик, только сломан.

А новый денег стоит.

Я молча пожал плечами. И так чересчур много сказал, причем слова мои прозвучали в упрек директору. Нельзя так.

– Ну, чего замолчал? Ты бы вот что на моем месте сделал?

Я успокоился, но Платон Андреевич, напротив, завелся.

– Я на вашу колокольню не поднимался, с вашей колокольни ничего не видел, поэтому ничего сказать не могу.

– Вот! Сначала колокольню нужно поставить! – Козьмин возбужденно ткнул в потолок толстым, как сарделька, пальцем. – А потом уже смотреть! Я свою колокольню сколько уже строю! С самых низов.

От фундамента, этаж за этажом. А у тебя только фундамент, и то еще сырой… Но парень, я смотрю, ты ничего. Инженер с высшим образованием. Строитель… Технологию производства кирпича знаешь?

– В общих чертах.

– В общих чертах… – передразнил меня директор. – А мне специалисты нужны!

– Высшее образование – это база, с которой быстро учатся.

– Можно и без высшего учиться…

– Так никто и не спорит.

– Интересный ты парень.

 – Козьмин смотрел на меня так, как будто видел насквозь. – Бродит в тебе бунтарский дух, а не споришь. Ну да, ты же человек военный… Ты мне вот скажи, как человек военный, что ты обо всем этом думаешь? – Он протянул руку к окну и очертил растопыренными пальцами горизонтальный круг.

Чтобы дать основательный ответ на этот вопрос, нужно было собраться с мыслями, но я не успел сосредоточиться. В приемной послышались чьи-то резкие голоса, шумно распахнулась дверь, и в кабинет вошли внушительного вида парни в кожаных куртках.

Я узнал их обоих. Это с ними позавчера уехала Лиза. И они узнали меня. Бровастый иронично повел бровью, а кривоносый атлет даже виду не подал.

Козьмин протяжно вздохнул, глядя на это явление. И руку прилепил к груди так, как будто у него случился сердечный приступ. А другой рукой лихорадочно шарил по столу, пока не нащупал стеклянный цилиндрик с таблетками.

– Вот только за сердце хвататься не надо! – криво ухмыльнулся бровастый.