Территория без возврата

По крайней мере, она о них никогда не упоминала.

– Это невозможно, – проговорила Лена, пристально глядя на Алекса.

– А каком смысле? – спросил Вадим.

В комнате как будто стало холоднее.

– Яночка в восемнадцать лет перенесла операцию… Чуть не умерла. Ей матку удалили. У нее детей нет и быть не может.

Алекс онемел от такого поворота. Было это в том, прежнем варианте жизни или только здесь, в этом странном прошлом? Мысль пронеслась молнией, но, в сущности, значения это не имело. «И зачем я эту Янину приплел? Назвал бы выдуманное имя, кто бы стал разбираться»

Но теперь ведь не скажешь, что ошибся – это уж полный аут!

Родители стояли и смотрели на него – вместо доброжелательности на лицах застыли настороженность и опасение.

Вадим инстинктивно обнял Елену, желая защитить, она прижалась к нему плечом.

– Кто ты такой на самом деле? – спросил Вадим. – Зачем ты мне соврал?

Глава пятая. Письмо за океан

Вадим и Лена сидели на диване. Алекс, втайне завидуя этой сплоченности и ощущая себя неприкаянным, пристроился в кресле напротив.

В том самом, где спал, поселившись в старой родительской квартире.

Почти час он рассказывал о своих приключениях в Пространственной Зоне – не все, только то, что, как считал, мог позволить себе рассказать, и, чем дольше говорил, тем сильнее вытягивались лица Вадима и Лены.

Они и верили, и не верили, и Алексу трудно было осуждать их. История звучала совершенно фантастически – особенно для людей, который понятия не имеют о Корпорации, Комнатах, Порталах и проекциях.

– Погоди, давай-ка я своими словами… – Вадим потер переносицу, как всегда, когда нервничал. – То есть ты в 2040-м году попал в Пространственную Зону, куда люди могли ходить, как к себе домой, чтобы поразвлечься, застрял там, а потом выбрался и оказался здесь и сейчас. Так?

– Если вкратце, то да. Все верно.

– Почему ты пришел ко мне… к нам? Ты не сказал. Откуда узнал о Лениной сестре?

Это был самый сложный вопрос, и Алексу пришлось тщательно подбирать слова, думая, что сказать.

Нужно, чтобы они поверили. Ложь должна быть похожа на правду.

– Я и правда сын Янины. Отца не знаю, мама одна меня растила. Когда я родился, мы жили в Минске, но почти сразу переехали. Сначала я пришел к маме. Но не нашел ни улицы, ни дома. – Алекс говорил коротко, стараясь, чтобы его слова невозможно было проверить.

– Ничего себе! – Лена прижала ладони к губам. – Где же ты прежде жил?

Ответ на этот вопрос был готов.