Ты бросил меня

Похоже, тот не стал докладывать начальству о его успехах в раскрытии преступлений против кошачьих личностей.

– Может, и не очень, но сверху звонят, интересуются, – усмехнулся полковник.

– Ну, тогда скажите, что восьмой кошки не будет, – буркнул Никита.

– Лейтенант Бусыгин хочет сказать, что он раскрыл дело и установил личность виновного, – сказал Плетнев.

– И почему я ничего не знаю?

– Подозреваемая во всем призналась, но тут же пошла в отказ. А железных улик у Бусыгина нет.

– Но личность установил? – Шишов с интересом смотрел на Никиту.

– Некто… – Плетнев щелкнул пальцами перед своим виском.

– Вероника Игонина, – напомнил Никита. – Пыталась вернуть своего бывшего, запугивала дохлыми кошками его жену. Типичная московская дура.

– А есть нетипичные? – добродушно улыбнулся полковник.

– И делятся они на виды и подвиды. В том числе почкованием.

– Игонина, Игонина… – в раздумье проговорил Вересов. – Тут у нас Игонин по сводке проходил. Обращался в травму за медицинской помощью.

Он открыл папку, заглядывать в нее не стал, а в ожидании посмотрел на Шишова. Тот кивнул, требуя продолжения. Вересов не заставил себя долго ждать.

– Та-ак… Игонин Марк Анатольевич, шестьдесят девятого года рождения… Был физически избит, обратился за помощью, перелом челюсти не подтвердился, заявление писать отказался.

– Как был избит? – заморгал Шишов.

– Физически, – подтвердил Вересов, давая понять, что ему и самому смешно.

– М-да…

– Физически избит и морально изнасилован, – вставил Птицын.

– Игонина Вероника Марковна, – вспомнив отчество, сказал Никита. – По возрасту может быть его дочерью.

– И где этот Игонин был избит? – спросил Плетнев.

– Где его избили физически и морально, документально не подтверждено… – иронично глянув на Никиту, сказал Вересов. – Но вчера же был вызов на Паркетную улицу, вроде как драка. Факт не подтвердился, меры не принимались…

– Улица Паркетная, дом восемнадцать? – встрепенулся Никита.

– Дом восемнадцать, – кивнул Вересов.

– В этом доме живет парень, по которому страдает Игонина, и его жена, которую она пыталась запугать мертвыми кошками…

– Страдает Игонина? – постучал пальцами по столу Шишов. – И отец ее пострадал?

– Выходит, что да.

– Кто он такой, чем занимается?

Вересов развел руками, но у Никиты было что сказать.

– Судя по машине, на которой ездит его дочь, человек он не бедный.