Удавка для опера

Крепко сжал его кулак.

– Ну вот и порядок...

Он забрал прут и сунул его в полиэтиленовый пакет.

– Что ты задумал? – встревожился Рома.

– А ты не понял? – демонически улыбнулся Нырков. – Этим прутом на днях убили одну женщину. Очень нехорошую женщину. Воровку... Если честно, я не знал, кто это сделал. Зато сейчас знаю... И знаешь, кто?

– Я? – страшная догадка заморозила кровь в жилах.

– Угадал... Получается, женщину убил ты... На острие этого прута кровь. На другом конце твои отпечатки. Эту штучку мы положим в могилку, где лежит эта женщина.

.. Надеюсь, ты меня хорошо понимаешь?

Рома все понимал. Поэтому молчал. Он просто был не в состоянии что-либо сказать.

– Тебя сейчас отпустят. И ты спокойно пойдешь домой. Ничего не бойся. Будешь вести себя хорошо, никто ничего не узнает... А будешь баловаться, начальник местного РОВД получит о-очень интересную информацию. Ты сам догадываешься, какую... И вся московская милиция тебя не спасет.

Тут Нырков был прав. Обнаружат труп женщины, рядом орудие убийства, на нем его отпечатки пальцев.

Улика убойная, хоть лопни, не отмоешься. Осудят на долгий срок. И понесет его «столыпинский» вагон в знаменитую ИТК-13...

– Да, и еще. Было бы лучше, если бы ты убрался в свою Москву, – после недолгого раздумья сказал Нырков. – Ты уж поверь, нечего тебе здесь делать.

– Я подумаю.

– А вот этого не надо. Здесь могу думать только я. А тебе, мент поганый, остается делать то, что я сказал...

Нырков поднялся и вышел вон из каземата.

К Роме подошел палач.

В его руке снова появился шприц. Обыкновенный, одноразовый. А в нем какой-то раствор...

Глава 4

1

Матвей Данилович не находил себе места.

Его жена изменила ему. Ладно, это он как-нибудь переживет. Она и без того постоянно изменяет ему. И делает это с его ведома. С искусственными членами.

Но вибраторы – вещь неодушевленная. Это еще терпимо. Но на этот раз Инга изменила ему с мужчиной. Некий Павел Голиков.

Этот придурок унизил самого Ныркова.

Мало того, он уже знает, что трахнул его жену. И гордится этим.

Помнит он этого недоделка. Магазин он собирался в Семиречье открыть, мебельный. Только Нырков крылышки ему обрезал. У него свой мебельный салон, и конкуренты ему не нужны.

Матвей Данилович делал бешеные деньги. И прибыль от его мебельного салона терялась среди них, как песчинка на берегу золотого пляжа. Но тем не менее он поставил Голикова на место.

А этот, гад, получается, взял реванш...