Волчья интуиция

– В каком?

– В «Бумбараше» или что-то в этом роде.

– Что у них было с лицами? Синяки, ссадины?

– Нет, не было ничего… Синяки у меня будут… Вы хоть знаете, с кем связались? – Кардаилов снова попытался расправить плечи, но Комов хорошенько его тряхнул.

– Это в рамках борьбы с пьянством, – сказал он.

– Может, спросим насчет борьбы с развратом?.. – Степан усмехнулся. – Илья Дмитриевич, когда вы сняли… познакомились со своими подружками?

– Да не знакомился… Просто снял… В баре. Сидели там, ворковали… Меня ждали…

– Когда это было?

– Ну, как только заехал в номер…

– Вчера, в районе двенадцати ночи?

– В районе двенадцати.

А что?

– Нет, уже ничего. Извините за беспокойство, Илья Дмитриевич.

– И все?

– А вам извинение нужно в письменном виде?

– Можно даже с печатью! – Комов сжал кулак под самым носом у Кардаилова.

– Не надо печати… – буркнул тот. – Просто уходите.

– Уйдем. Но вы нас не забывайте, – заявил Комов. – Вдруг еще раз обратимся… По старой дружбе.

Степан уже переступал порог, собираясь закрыть за собой дверь, когда Кардаилов спросил:

– Парни, а вы правда из милиции?

Степан мрачно усмехнулся.

Из милиции они, но вели себя почти как бандиты. Нехорошо это. Но как быть, если некоторые индивидуумы понимают только язык силы?

* * *

Рабочий день затянулся, но Степана это не смущало. Да и Комов не просился домой. Заказное убийство – дело серьезное, и подход к нему должен быть соответствующим. Тем более что это дело у них могли забрать.

– Вот не нравится мне эта Рыбалова, – сказал Комов.

– Как и все прочие красивые женщины? – осведомился Степан.

Машина мягко шла по шоссе, ведущему к Битово. Ходовая в отличном состоянии, а вот с движком что-то не так. Клапана нехорошо постукивают. «Волга» у Кручи старая, после двух «инфарктов»…

– В красивых женщинах водятся черти.

– Может, потому собаки на них и бросаются?

– На Рыбалову собака не бросалась, – констатировал очевидный факт Комов. – Руки у нее целые. Ноги тоже…

– Может, за мягкое место цапнула?

– Да?.

. Надо бы глянуть. Хотя мужу это наверняка не понравится.

– Думаю, Бродилов его не спрашивал.

– Если у них что-то было…

– А могло и не быть?

– Это Бродилов мог бы сказать. Но он по понятным причинам промолчит. Поэтому можно любую дичь на него нести.

– Экономка могла бы сказать.

– Вот!.. А где она?

– Где-где… Я подозреваю ее не меньше, чем Рыбалову. Если не больше. Скрывается где-то…

– Нехороший дом.