Всем женщинам должен (сборник)

На ней белая шапочка, светло-серое пальто на синтепоне. И сама она светлая, но без серого…

– Изолятор по кругу. – Он провел рукой, показывая, с какой стороны обойти здание, чтобы попасть во внутренний двор изолятора временного содержания, где до сих пор находился Никонов и два его дружка-подельника.

Одного должны выпустить, а двое пойдут по этапу в СИЗО. Зря они над стариком покуражились.

– Да мне по другому делу.

– Интересно.

Плошникову действительно было интересно все, что связано с Женей. Запал он на нее, так уж вышло.

Но в ухажеры лезть не собирался. Вряд ли их можно было назвать классовыми врагами, но стояли они по разные стороны баррикады. Она путалась с Никоновым, и одно только это ставило крест на их отношениях.

– Мою сестру арестовали.

– Сестру, сестру… Гаеву?

– Ты знаешь? – Женя удивленно посмотрела на него.

– Ну, в курсе…

– Меня к следователю вызывают.

Кривичев отошел от наркоза, но в себя так и не пришел. Состояние тяжелое, возможно, так и умрет, не приходя в сознание.

Тогда его дело переквалифицируют в умышленное убийство, и к работе подключится Следственный комитет. А пока Кривичевой занимается следственный отдел полиции. Тяжкие телесные, однако… Впрочем, Плошникову все равно, как там и что? У него своих заморочек – по горло… Или не все равно?

– Проводить?

Женя покорно кивнула. И даже взяла под руку, чтобы не поскользнуться. А прикосновение такое приятное…

Он провел ее через дежурную часть, они вышли к лестнице.

– Рита ни в чем не виновата.

– Да, я понимаю, этот Кривичев – кобель еще тот… Лучше бы она ему одно место отрезала.

– Следователь сказал, что нож вошел в шею на десять сантиметров, – Женя мотнула головой. – А Рита только чуть-чуть проткнула.

– Это она так говорит, что чуть-чуть. А Кривичев подтвердить ее слова не может.

– Как же он тогда от нее ушел?

– Ты видела, как бежит курица с отрубленной головой?

– Курица бежит куда попало. А Кривичев сел в машину.

– Но ему-то голову не отрубили.

Плошников провел Женю в свой кабинет, посадил на стул. Только тогда спохватился:

– Тебе же к следователю надо.

– Ничего, у меня еще полчаса…

– Чай будешь?

Старостин был на выезде, поэтому в кабинете они находились одни.

– Ну, можно.

Он включил чайник, выставил на стол пачку с заварными пакетиками, сахар, печенье.

– А то холодно на улице.

– Не холодно, – покачала головой Женя. – Холодно, когда в зоне.

– Закон суров, но он закон.