Кровь алая и кровь серая

«Келлашем», насколько она знала, у назардимцев называлось нечто грешное, неподобающее. Зайрут тем временем подошёл к Вите, схватил её за шиворот и резким движением поставил на ноги. Потом повернулся к солдатам:

– Пошли вон!

– Но, господин наместник…

– Пошли вот, свинячьи дети!

Солдаты с неохотой повиновались. Зайрут же придирчиво осмотрел Виту с ног до головы, почёсывая рукой подбородок. У наместника были глубоко посаженные тёмно-карие глаза, нос с горбинкой и длинная рыжая борода, тщательно заплетённая в несколько косичек, в которых поблескивали золотые нити с драгоценными камнями.

– Это тебя, что ли, в госпитале поймали? – после недолгого молчания поинтересовался Зайрут на общем языке. Он говорил на нём практически без акцента.

– Да, – пробурчала Вита.

– На вот, возьми, – наместник достал из кармана платок и протянул его доктору Ровенски. Та взяла его и приложила к кровоточащей губе. А Зайрут, засунув пистолет за пояс, спросил:

– Тебя звать-то как?

– Вита Ровенски.

– Я о тебе слышал, вроде. Ты правда, что ли, в Миринии врачихой работала?

– Ну да…

– Что за келлаш! – Зайрут покачал головой. – Позволять бабе заниматься такими серьёзными вещами! Но… молва о тебе была хорошая. Может, ты и исключение из правил… Знаешь, Витка, ты, пожалуй, здесь можешь пригодиться. Я сохраню тебе жизнь, но только если будешь вести себя хорошо. Понятно?

– А у меня есть выбор? – Вита исподлобья посмотрела на Зайрута.

– Ну, если будешь вести себя плохо, тебя казнят.

Вита хмуро кивнула. Наместник вышел из комнаты, заперев её снаружи на ключ. Минут через двадцать он вернулся, принеся длинный плащ с капюшоном. Протянув его Вите, Зайрут сказал:

– Вот тебе, надень. Женщина в мужской одежде, с непокрытой головой, да ещё с короткими волосами – это келлаш! В своих владениях я такого не потерплю!

– Но ведь… – Вита бросила взгляд на отрубленную назардимцем косу, которая по-прежнему валялась в углу комнаты.

– Заткнись! – Зайрут швырнул доктору Ровенски плащ.

– Ладно, ладно, – Вита без особого удовольствия накинула на голову капюшон.

– Так-то лучше, – голос наместника немного смягчился. – Пойдём, обрисую тебе ситуацию.

Зайрут отвёл Виту в свои апартаменты, которые располагались в соседнем здании, и приказал сесть на подушки, раскиданные по полу.