Артуа. Берег Скардара

Затем я обратил внимание на абсолютно серьезного Альбрехта, глаза которого лучились весельем, чертыхнулся про себя и закрыл дверь.

– Вот же умище! – думал я уже дома, глядя на себя в зеркало. – Надо же так ловко придумать!

И мне действительно было отчего гордиться собой. Как оказалось, Лолита в местном пантеоне древних богов являлась богиней ветров. И пусть, согласно легендам, она и сама весьма ветреная особа, но ведь такое простительно не только богиням. И дело вовсе не в ее легкомысленности. Что самое важное и необходимое для парусника? Конечно же ветер!

Фигура девушки, выполненная Гростаром, мне очень понравилась.

Красивая такая фигура, с озорным выражением лица и растрепанными из-за сильного ветра волосами. Ветер так сильно прижимал платье к ее телу, что не сразу можно было понять, одета ли она вообще. И краски мастер очень удачно подобрал, а на место глаз вставил удивительные камни изумрудного цвета.

Ростра понравилась мне настолько, что я даже подумывал, не заказать ли еще одну такую же.

Так и не решив, куда ее поставить, я с сожалением отказался от своего намерения.

Странно, но формы носовой фигуры удивительно напоминали сложение моей любимой. «К чему бы это?» – подумал тогда я, вспоминая слова Альбрехта о девушке его мечты.

«Лолита», моя девочка, ждала меня в Гостледере, и мне было просто необходимо туда добраться.

Глава 4

Муимбус и Мбака

Сборы заняли долгие полдня. Двигаться придется пешком, строительство плота абсолютно бессмысленно.

Во-первых, на это уйдет много времени, а во-вторых, заставить плот двигаться в нужном направлении – занятие в достаточной степени безнадежное.

Идти босиком по местным джунглям было бы крайне глупо. Обувь же имелась только у Проухва. Не сомневаюсь, что он с легкостью лишился бы ее, вот только размер его ноги настолько велик, что среди экипажа катласа просто не нашлось желающих примерить его ботфорты.

Я с тоской вспомнил о своих сапогах. Легкие, прочные, удобные, да еще и пошиты одним из лучших сапожников столицы.

К слову, за своей внешностью и одеждой мне приходилось следить с особой тщательностью, в основном по причине обращенных ко мне удивленных мужских взглядов, будто вопрошающих: «И что она нашла в тебе, чего нет во мне?»

С женщинами проще. Они-то как раз считали: «Если она без ума от него, значит, на то есть причины». И так рассуждали почти все, кроме особ, которые имели подходящих по возрасту и положению родственников мужского пола.