Артуа. Дворец для любимой

По понятным причинам затевать всеимперский скандал было нельзя, но и оставлять изменников на прежних местах – тоже. Кроме того, существовала и сложность с Янианной: пусть она и императрица, но еще и женщина, и уж кому как не мне было об этом хорошо известно. А у женщин довольно длинный язычок, и несколько не вовремя сказанных лишних слов могли поставить под угрозу все затеянное дело. Но и держать императрицу в неведении тоже нельзя.

Кроме того, необходимо было проследить за тем, чтобы Сток, воспользовавшись ситуацией, не выдвинул на освободившиеся посты своих людей.

Как выяснилось, наше беспокойство оказалось напрасным, граф не стал в подобной ситуации искать личной выгоды.

В конце концов все проблемы удалось решить тихо и ровно. И я даже укорил себя в том, что счел Янианну болтушкой.

С тех самых пор у Коллайна и Стока сложились отличнейшие отношения.

И вот, всего пару месяцев назад Анри хвастался мне, что знает не меньше Кенгрифа Стока. В общем-то да, финансирование ведомства Коллайна всегда занимало далеко не самую последнюю строку в расходах, а золото – такая вещь, за которую можно купить почти все.

«Ну и как это событие прошло для тебя незамеченным? – думал я, глядя на Коллайна. – Ведь шли переговоры, причем, нисколько не сомневаюсь, длились они не один месяц. Тайные переговоры должны были оставить след в виде переписки и разговоров. Ну ничего, Анри, иногда судьба специально больно щелкает нас по носу, желая, чтобы мы не слишком возгордились собой».

Если нападения Трабона мы ждали, ждали последние несколько лет, всячески его оттягивая, то союз Трабона с Абдальяром стал для всех полной неожиданностью. Трабон, западный сосед Империи, без объявления войны перешел границу и занял часть провинции Тосвер. На территорию провинции он претендовал давно, даже нашел документы, подтверждающие право на них, впрочем не имеющие силы и не являющиеся подлинными. Интерес Трабона к Тосверу понятен, провинция являлась чуть ли не основной житницей Империи, а Трабону катастрофически не хватало плодородных земель.

Вернее, не то чтобы совсем не хватало, просто их нужно было отвоевывать у леса, коего на территории королевства хватало с избытком. Ну и король Готом решил пойти, по его мнению, по пути наименьшего сопротивления. Подумаешь, война, лучше рубить головы, чем деревья. Тем более с самого начала своего воцарения на трабонском троне он только тем и занимался, что воевал, и воевал всегда успешно.