Путь Киартаны

Киартана поднялась, и, опираясь на палку, устало побрела на поиски еды. Первым делом она попыталась обнаружить в реке рыбу. Она с трудом подняла шар воды, но вспышка боли заставила её опустить руки. Киартана быстро обессилила, и не нашла ничего лучшего, чем пойти обратно в лес, в надежде найти грибы или снова хотя бы горсть ягод.

Она бесцельно бродила меж Вечных деревьев. Облака позволили солнцу увидеть землю, дождя так и не случилось, но с полудня на востоке над всем лесом нависла огромная туча, грозившая бурей.

Киартана, глядя на тучу и редкие далёкие вспышки внутри неё, вспомнила о дне, когда вернулся Мерион. Тогда они с мамой смогли уехать от такой тучи на повозке, и успели спрятаться в доме от проливного дождя, но теперь только Великий лес мог её защитить.

Дурные мысли принесли отчаяние. Она не нашла посох, ушла глубже ребят в лес, и едва успеет вернуться к сроку, если направится в обратный путь с самого утра и её более ничто не задержит. Но туча всё сильнее пугала, ветер трепал платье и бил холодом по ногам.

Киартана подняла взгляд к небу, неожиданная вспышка в глубине облаков заставила её вздрогнуть.

Поодаль кусты зашевелились, и между деревьев Киартана заметила волков. Она сосредоточилась из последних сил и почувствовала, что её окружили. Дикие звери обступали со всех сторон. Киартана вновь приготовилась драться насмерть, но сил бороться уже не осталось.

Они не приближались, а лишь наблюдали. Киартана сделала робкий шаг, и волки перед ней расступились. Она оторопела, но уже не хотела думать из-за голода, глубоко вздохнула и пошла дальше, не обращая внимания на волков.

Тропа привела её к небольшой опушке. Стая во главе с огромной волчицей задрала оленя и ждала её. Молодые волки оскалились, но не их мать. Та лишь твёрдо смотрела. Киартана остановилась в паре шагов.

– Мне нужно поесть… – обратилась Киартана к волчице.

Та с минуту смотрела ей в глаза, а затем опустила взгляд, соглашаясь с её правом, и позвала за собой почти по-человечьи. Остальные волки отступили.

Задранный олень лежал в алой луже среди истоптанной травы, из-под шкуры проступали рёбра, нутро источало мерзкий запах свежего мяса, голова держалась лишь на надорванной коже и паре мышц, и смотрела на неё мёртвыми белёсыми глазами. Киартана испугалась этого взгляда, но опустилась над ещё тёплой тушей. Она впервые видела убитое животное, а ей предстояло сесть его плоть.

Волки позволили ей вкусить первой. Обнажённое сердце уже не трепыхалось.