Путь Киартаны

 – Мне пришлось применить силу ввиду того, что вы потянулись к оружию, но теперь, очевидно, конфликт исчерпан. Как видите… – он обратил их внимание на Гильду. – хозяйка в полном здравии и хорошем расположении духа, несмотря на то, что вы её разбудили.

Пайк поднялся на ноги, поправил кинжал в ножнах, озираясь по сторонам. Мерион намеренно отошёл, помочь второму Стражу.

– Простите нас, пожалуйста, – подыграла Гильда, – он не желал вам…

Капитан кинулся к ней. Она застыла на полуслове. Маг заметил отблеск кинжала.

Девушка вскрикнула, когда лезвие коснулось шеи.

Сжатый кулак Стража отпал от руки, отсечённый воздухом. Кровь плотным потоком брызнула на стены, вязкими каплями залила искажённое гневом лицо Пайка, и испуганное лицо Гильды. Маг не повернулся, а крепче сжал в руке ладонь юнца.

– На кого вы работаете?

Парень выхватил кинжал из ножен, но не успел замахнуться. Мерион пропустил через него разряд. Парень скорчился, выронил клинок и упал на колени, продолжая трястись. Мерион увидел страх в его лице, но всё уже было кончено.

Парень напрягся в неестественной позе, из полостей вырвалась кровь. Он последний раз судорожно вдохнул воздух вместе с кровавой массой, замер, когда разряд прекратился, и повалился на пол уже мёртвый.

Мерион только теперь испугался, отпустил руку парня и отступил на шаг. Он это сделал своей силой. Маг взглянул на свою окровавленную ладонь, пытаясь вспомнить, когда он стал таким жестоким, но крик Гильды вернул его в реальность.

Третий страж кинулся к ней. Мерион тотчас отбросил его волной силы. Клинок Стража упал под ноги капитану, но Пайк с недоумением и страхом разглядывал срез руки. Он не пытался остановить кровь, и, казалось, не чувствовал боли.

– Ты напал на Стражей! – поразился он. – тебя ждёт виселица!

– Я спрашиваю в последний раз, вы работаете на Кланы?

– Нет… – но маг заметил испуганный взгляд капитана.

– Я мастер Ордена! – неожиданно грозно взревел Мерион. – И имею право, по любому моему подозрению, казнить на месте без суда!

Он усилил свой голос, встал перед Пайком во всём своём величии.

Руны на посохе горели нестерпимой белизной и дымились.

– Говори, и, быть может, я сохраню твою жизнь!

– Зря ты в это ввязался, старик, – сдался капитан. Он скривил мерзкую улыбку. – Они сильнее, чем ты думаешь… Меня заставили…

Он обмяк, собрался упасть в обморок, но вдруг схватил кинжал с пола и ударил себя в грудь. Кровь окрасила форму.