Горькое молоко – 1. Золотой брегет

– Пойдём лучше ко мне в гости, посмотришь, как я живу, чифиря сейчас глотнём, – затушил Рудольф большим пальцем левой руки папиросу и положил себе в табакерку.

– Ты, где пальцы потерял Рудик?

– На прессе, год назад. Зевнул немного и под прессом оставил их. Кстати, меня Рудиком здесь редко кто зовёт, больше Курком или Рудом кличут.

– Нормальная кликуха, а меня по фамилии кличут. Многие думают, что у меня погоняло такое, а я не возражаю. – Беда тяжело вздохнул и тревожно произнёс. – Я вот подельника своего потерял Кадыка, – ты его, наверное, не знаешь, он в футбол мало играл, и то только в юношеской команде.

Потом в ДОСАФ пошёл на планериста учиться. В тюрьме слух прошёл, что его за неделю до меня отправили сюда.

– Погоди! Погоди! – а Захар Минин, – тебе же родственником приходится? – спросил Рудик, – он, где сидит?

– С Захаром ясней некуда, он в Соликамске чалится, а вот Кадык должен быть рядом.

– Кадыка я не знаю, но ты не тужи, может он здесь? Ты просто за короткое время всех арестантов физически не охватишь.

Лагерь большой, около трёх тысяч человек. Здесь затеряться запросто можно, – пытался обнадёжить его Рудольф. – Многие зэки работают в три смены и встречи бывают случайные, как у нас сейчас с тобой произошла.

– Нет его, – уверенно отверг предположение Рудольфа Иван, – был бы здесь, мне давно бы сказали. Я почти все отряды проверил, с первого дня пребывания на зоне.

Пока они шли до барака, Беда обратил внимание, что с Рудольфом многие встречные здороваются и перекидываются на ходу добродушными фразами.

– Вот этот маленький дедушка с приятной улыбкой, – он показал в спину удалявшего от них заключённого в шапке с опущенными ушами, – это ходячая летопись советских карманников. В прошлом знаменитый карманник по кличке «Чужой», гастролировал по всем городам и щипал кошельки у буржуев и торгашей. В войну был в розыске за свои грехи. Но в Харькове, говорят у какого – то немецкого офицера из автомобиля утянул планшетку с важными сведениями для нашей разведки. Его моментально по всем старым хвостам амнистировали.

Сейчас на пенсии, но чёрт попутал на старости. Пришёл на приём к врачу и обчистил его карман халата, пока тот его осматривал. Здесь много сидят публичных людей, даже двое бывших генерала есть с большими сроками. За нарушение норм строительства аэродромов они срока свои отбывают. Один генерал за зону выходит без конвоя, прорабом у гражданских строителей работает. Музыканты из оркестра Леонида Утёсова, тоже здесь отбывают.