Рядом с ней, красивой! Строго для взрослых

Алевтины рядом не было, на столе было всё чисто, – недопитый коньяк и не съеденные бифштексы были уложены в пакет. Он взял свою сумку с пакетом и пошёл к выходу. У проводницы с заспанным лицом спросил:

– Куда подевалась та женщина, которая сидела вместе со мной?

– Во Владимире сошла ваша соседка, – сказала она, – а вы мужчина сотрите губную помаду со щеки?

Он тогда не знал, что Кольчугино находится во Владимирской области. И у неё не спросил, где эта местность располагается.

И, приехав, домой, в сумке обнаружил ту иконку, которую Алевтина купила у немых.

Эту иконку он с тех пор хранит и когда куда едет всегда её берёт с собой.

И вот сейчас очнувшись от воспоминаний, он похлопал себя по нагрудному карману тенниски. Иконка была на месте, а Вега, изогнувшись в неудобной позе, и уткнувшись лицом ему в колени, мирно посапывала. Он накинул на неё свой джемпер и вновь задремал.

глава 5

Сквозь сон он слышал, как на кольцевой дороге Москвы, гаишники остановили автобус. Сергей посмотрел на часы, время было три часа ночи.

Гегель вышел к ним и долго не возвращался. Потом он вбежал и начал очень шумно искать по местам Наталью. Найдя, где она спит, он растормошил её:

– Последний пост Натаха. Вставай, иди с паспортами и списком пассажиров на пост?

– А, что остановили? – спросонья спросила она, никак не поняв, что от неё хочет Саня.

– Какое остановили? ЯбуТь уже во все дыры. Они меня спросили, нярусские есть? Я им ответял, есть, – лихорадочно объяснял он.

– Ну и пень, – зачем говорил, что есть? – возмущалась Наталья.

– А если бы они с фонарём зашли к нам в гости? Посвятили бы и увядали, что считай на каждой подушке голова басурманина ляжит, – оправдывался Лысый. – Выдрали бы меня, как сидорову козу.

– Успокойся у нас один Рустам контрабандой едет, и то он, наверное, под сиденьем спрятался. У всех остальных пассажиров правильные паспорта, – недовольно пробурчала Наталья и пошла за ним на пост.

На посту их продержали до тех пор, пока непокорный Рустам с грехом пополам согласился отдать полторы тысячи рублей гаишникам.

Они въехали на Черкизовский рынок, когда на улице уже рассвело, и некоторые челноки в автобусе начали просыпаться.

Марго открыла глаза и, увидев около себя помятое с перепоя лицо Алика – азербайджанца, изобразила страшную гримасу и первой подала голос:

– Ты что сука усатая делаешь около меня? – орала она на Алика, – ещё руку на меня положил.

– Какой я сук, сам к мине пришёль ночь и я же сук.