Рядом с ней, красивой! Строго для взрослых

Когда он включил свет, то она увидела две двери перед собой.

– Куда дальше? – спросила Вега.

– Открывай последнюю дверь, – подсказал он ей, закрывая входную дверь на засов.

Они зашли в небольшую комнату, где стояла старинная кровать с большими набалдашниками на спинках, но матраса на ней не было. Около окна были нагромождены друг на друга ящики, закрывая доступ света в комнату. На стене висела портьера, сшитая из материала похожего на брезент:

– Серёжа ты, куда меня привёл? – уже испуганно проговорила Вега.

– Ты говоришь Вега, что я не оригинален? – отдёрнул он портьеру, где показалась двойная резная филёнчатая дверь.

Он щёлкнул выключателем, прикреплённым к бревенчатой стене и распахнув двери перед ней:

– Пожалуйста мадам, милости прошу в мой дворец, – показал он ей на дубовый паркетный пол.

С Веги сразу слетела маска испуга и она, ступив на паркет начала с восхищением рассматривать дом.

– А камин у тебя есть? – затаённо спросила она.

– Нет пока. Он по плану должен быть в доме, который подлежит в скором времени к сносу, – объяснил Сергей.

Вега осмотрела дом и заглянула в каждый уголок, восторгаясь планировкой и обстановкой. Потом она налетела на одиноко стоящую боковую дверь.

– А эта дверь, куда у тебя ведёт? – поинтересовалась она.

– В гараж, баню, надворным постройкам и сад, – знакомил он её с домом, – баня пока не действует. Электрические прибамбасы подходящие не могу найти, но ванная работает, как полагается. Вода горячая подаётся без перебоя.

– Немедленно пошли в ванную? – обрадовано сказала она.

– Нет, вначале я схожу в ванную, – сказал он. – А ты приготовишь стол, – подвёл он её к кухне, – а потом ты пойдёшь в ванную, а я займусь курицей.

Он достал из холодильника замороженную тушку курицы и бросил её отогреваться в микроволновую печку:

«Может Вега та женщина, которая нужна мне? – думал он, находясь в ванной обдавая себя небольшим напором тёплой воды. – Она красивая и сексуальная, а вот какая хозяйка, – время покажет.

Вега будет последней в этом регионе, благо у меня выбор большой есть на малой родине. Жалко конечно, что он не падает на Луизу. Немощную мать и сыновей она не оставит без присмотра, а сам я ни за какие калачи туда не вернусь. Город, без фонарей на улицах, который с наступлением темноты вымирает, мне не подходит. Запереть себя в культовом тереме и только по праздникам выходить в народ. Нет, это считай, я добровольно приговорю себя к духовной смерти».