Яга

Небесный вихрь закрутил, заиграл ветрами, как будто наслаждаясь треском вековых дубов.

– Шурин? – оглушил его громогласный небесный вопль. – Ты назвал меня шурином? Ты, изгой Ария, царь теней и червей Нижнего Мира всегда насмехался надо мной, а теперь у тебя хватило наглости взывать ко мне!

– Перун, – прохрипел Чернобог. – Перун! Я помню наши с тобой дела, понимаю обстановку и все такое. Мы с тобой и твоим замечательным папенькой долго швыряли друг в друга молнии и огненную лаву, морозили пустынным холодом и прочее, но я женат на твоей сестре и, почитай, родня тебе.

Вы, небожители Ария, погрязшие в гордыне и брезгливой снисходительности к низшим, чужим и убогим, совсем не хотите замечать, что весь этот мир изменился. Скоро нас всех ждет страшная участь, а вы не желаете направить свои взоры на эту беду. Ты помнишь древних богов? Даже ты забыл их! А я их помню, потому что в Нижнем Мире иногда стенают неуспокоенные души страшных предтеч-великанов. Кто-нибудь кроме меня помнит о них?

Чернобог сменил позу на своем деревянном троне и сам ответил на свой же вопрос.

– Нет! Их никто не помнит. Они исчезли! Их нет, и уже давно. Только обрывки воспоминаний об огнедышащих драконах – несправедливых и грозных.

Чернобог перевел дух, откинулся на спинку трона и устало промолвил:

– А теперь и нас забудут. Мы, подобно драконам, канем в пучину без вести и там, в беспомощном бессилии растворимся в сером ничтожестве.

Туча стронулась, полыхнув заоблачной вспышкой, и возвестила:

– Я вечен! А ты умрешь.

Меня будут помнить тысячелетия, а тебя нет.

– Глупец! – перебил Перуна Чернобог. – Ты ошибаешься! Тебя забудут тоже, причем раньше меня! Так же, как и тех мерзких драконов. Чуть позже, но забудут. Ты чувствуешь охватившую всех нас слабость? Ты чувствуешь это? Совсем скоро ты, громовержец, не сможешь высечь даже искры.

Чернобог замолчал, чувствуя, что малость перегнул палку, обозвав великого бога, но Перун неожиданно мирно ответил:

– Я чувствую появление нового бога.

Он невероятно силен, и он не наш. Он еще не обрел полного могущества, но сила его возрастает с каждым новым верующим, с каждым приобретенным смертным.

– Так помоги же мне!

Теперь Перун не ответил.

Чернобог кашлянул, как готовящийся к ответу нерадивый ученик перед строгим экзаменатором и продолжил:

– Слушай, я тут одно дельце затеял. В случае успеха мы будем в фаворе на сорок сороков лет, но мне нужна твоя помощь.