Алебардист

Перевернул пострадавшую животом на свое колено и как можно скорей удалил воду, попавшую в ее дыхательные пути. Затем уложил девчонку на спину и, не теряя времени, перешел к искусственному дыханию и непрямому массажу сердца.

Самое неприятное, что никто даже не пытается мне помочь! Просто стоят и наблюдают. А несколько человек вообще посчитали происходящее не достойным их внимания и продолжило рыбалку.

Соленый пот струился по лбу, затекал в глаза, руки ломило от усталости, но я не останавливался (нельзя!) и упрямо выполнял реанимацию.

«Восемь-десять сдавливаний грудной клетки, два искусственных вдоха. Восемь-десять сдавливаний грудной клетки, два искусственных вдоха. Восемь-десять сдавливаний грудной клетки, два искусственных вдоха…» – твердил я про себя.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем щеки Насти (так звали сестренку) зарумянились и глаза распахнулась. Извергнув остаточную порцию воды из легких, девчонка закашлялась, с криком сделала первый самостоятельный вдох.

– Внимание! За героический поступок по спасению утопающей вам положена награда: Доблесть +1!

– Спасибо тебе, Головолом! Чуть не получилось как у Пушкина: «Прибежали в избу дети, второпях зовут отца: «Тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца!» – улыбнулась сестренка.

– О, раз шутить пытаешься, значит, все в порядке! – обрадовался я и осторожно поинтересовался: – А ты, наверное, известная бяка, раз остальные родственнички не шибко беспокоятся о тебе?

– Есть немного, – ухмыльнулась утопленница.

 – Но причина не в этом. Просто остальные понимают, что ничего страшного со мной бы не произошло. Это же всего лишь игра. А ты чего такой сердобольный?

– Не знаю. Как-то само на уровне инстинктов получилось.

– Новичок?

– Ну, как бы да.

– Ничего, скоро очерствеешь и огрубеешь, как и эти, – махнула девчонка в сторону остальных членов семьи.

– Очень надеюсь, что этого никогда не случится!

Собеседница приподнялась на локте и вцепилась в меня взглядом:

– Забавный ты, Головолом.

И добрый. Нравишься мне!

– Не-нет-нет, никаких шур-мур! У меня уже есть избранница, – запротестовал я. – Максимум, на что согласен, – дружба. А то, что наши губы соприкасались, – происходило исключительно в спасательных целях.

Настя захохотала, а потом кинула приглашение во френды. Я согласился, и первое имя добавилось в список моих друзей.

– Какая досада! При падении неудачно взмахнула развязанным мешком и вытряхнула почти всю рыбу.