Монстр женского пола. Часть 2

А над ним, постепенно темнея, и источая дивный аромат, парил в мареве раскаленного воздуха, нанизанный на шампуры, шашлык.

Первая порция улетела в желудки присутствующих стремительно, несмотря на то, что горячие куски обжигали рот. Выручало прохладное вино, которым запивали ужин все присутствующие, кроме Ринка. Тот довольствовался водой.

Вторую порцию, которая подошла чуть позже, уже смаковали. Видимо маринад оказался особенно удачным, может, какая-то из трав помогла, но мясо получилось на удивление мягким и сочным.

Когда подошла третья порция, все уже чувствовали приятную сытость, и ели просто потому, что вкусно. Завязался разговор, где ватажники вспоминали и обсуждали различные минуты своей разбойничьей жизни.

– Какие-то купцы все бедные нам попадаются. Одна медь у них в кошельке, – жаловался Карел сидящей рядом с ним девушке.

А та и сама, на виду держала денег немного: несколько серебряных и пара десятков медных монет. Остальное было спрятано в седле, в поясе, в одежде, что предназначалась на смену, в общем, рассовано по разным укромным уголкам.

Наверное, Ольга набегалась за длинный день, наговорилась на месяц вперед, расслабилась от сытости и выпитого вина, ну и сказала не подумав:

– А второй кошелек искать не пробовали? Ой, о чем это я? – тут же спохватилась она. Подсказывать начинающим разбойникам, как лучше грабить людей вовсе не входило в ее намерения. Но слово уже вылетело.

В каком-то фильме прозвучало, что лучше всего запоминается последняя сказанная фраза.

Пожалуй, нужно отвлечь разбойников как-нибудь, и идти уже отдыхать, а то еще чего-нибудь ляпнет.

– Вы знаете, я устала, поэтому вынуждена попрощаться с вами, продолжайте ужин без меня. Хочу только предупредить, что лучше не заходите в мой шалаш. Потому что я дама нервная, могу и прирезать кого-нибудь спросонок.

Тут Кусля, который сел поближе к поварихе, в расчете на более быстрое получение порции мяса, почувствовал, что его шеи коснулся холодный метал.

Разбойник скосил глаза, и с ужасом убедился, что висит на волосок от смерти. Стоит ему дернуться, и клинок распорет ему горло.

На самом деле, лезвие ножа, который в свое время был конфискован у незадачливого грабителя Грымзы, было повернуто тупой стороной, так что никакой опасности для ватажника не представляло. Но на эту мелочь сидящие вокруг костра мужчины, не обратили внимания. В глазах Кусли отразилась паника, которая быстро усиливалась.