Монстр женского пола. Часть 2

Часть разбойников сразу занялась расчисткой прохода с помощью крюков, остальные устремились вперед, пока защитники не опомнились от полученного удара.

И тут же защелкала тетива лука Ольги. Первые три стрелы пошли в сторону мага и, по крайней мере, две из них достигли своей цели. Остальные полетели в спины рвущимся в лагерь бандитам. В суматохе боя, те поначалу не поняли, почему их товарищи вдруг спотыкаются и падают, однако это были опытные воины и, вскоре сообразили, что в тылу затаился враг. К этому времени, уже с десяток нападающих лежали убитыми или ранеными.

Остальные, спасаясь от стрел, попрятались среди обломков заграждения.

Часть всадников, которые уже готовились скакать в пролом, развернули своих коней в сторону новой опасности.

Лук Ольги щелкал, не переставая с непостижимой частотой, но вдруг наступила тишина. А враги быстро приближались.

– Кирсак, у меня стрелы кончились, давай сюда свои!

Наездники подсвечивали свой путь фонариками, поэтому напарник Ольги и сам успел выстрелить пару раз по такой заметной цели, но быстро осознал, что с меткостью и скоростью девушки ему не сравниться, поэтому безоговорочно выполнил ее, то ли просьбу, то ли приказ.

Враги торопились, как только могли, но стрелы летели очень часто, выбивая разбойников из седла, одного за другим. До лучников доскакали только трое бандитов. Вроде бы совсем немного, но, по мнению Кирсака, вполне достаточно чтобы покончить с их маленьким отрядом. Он уже приготовился к смерти, собираясь забрать с собой хоть одного противника, когда его напарница, вдруг отбросила лук, и выхватила саблю.

Миг, и она, увернувшись от удара, сама полоснула по ноге всадника и, не останавливаясь, метнулась ко второму. Быстрым круговым движением клинка отрубила тому руку с оружием и, не обращая больше на него внимания, повернулась к третьему, который к этому моменту оказался рядом, и собирался как раз зарубить этого бестолково снующего меж лошадей лучника. То, что это женщина, и что его товарищи уже серьезно ранены, он не заметил. Но вот блеснуло в тусклом свете фонаря лезвие, раздался звон, и саблю благородного бандита уводит куда-то в сторону, а живот его пронзает жгучий холод, переходящий в резкую боль, от которой нет спасения.

Кирсаку осталось только добить раненых, что оказалось совсем нетрудно, потому что все они были не боеспособны.

У двоих из поверженных врагов с собой оказались луки, а главное – колчаны полные стрел.

Бой у пролома в ограде, между тем, не затихал.