Последняя история мира

Рядом с Натосом сидел мужчина, которого можно было бы назвать пожилым, если бы не по-солдатски идеальная выправка и живые, строгие глаза. Голову незнакомца венчали редкие седые волосы, которые отступали от разраставшейся на лбу лысины, чего он явно, к его чести, не стыдился. Мужчина был одет в крайне примечательную белоснежную рясу с черным крестом на груди. Форум посетил Левиафан.

Иэн удивленно взглянул на своего дядю – лицо Элая Акросиаса не выражало ровным счетом ничего. Он уже успел подавить любое негодование и, казалось, готовился по-светски деликатно улыбнуться всем присутствующим.

Но, в самый последний момент, чиновник пренебрег излишней вежливостью. Встав у трибуны, он, не выказывая внешне ни толики пиетета, прокашлялся и начал выступление дежурной фразой всех заседаний Форума.

– Приветствую чиновников Акроса.

Чиновники Акроса по этикету кивнули в ответ.

– Приветствую также дорогого гостя из Левиафана, – все так же сухо поприветствовал загадочную фигуру казначей.

Настал черед гостя покивать в сторону трибуны.

Вся эта обязательность в очередной раз напомнила Иэну, как противно ему выходить в свет. Даже сейчас, когда страх и неуверенность крепко держали его за горло, он ощущал неприязнь ко всем вокруг. Элай, вторя настроению племянника, продолжал без всякой учтивости:

– Не будем ходить вокруг да около. Я не стану притворяться, будто не знаю, зачем я здесь, – как видите, я не сел на свое место рядом с вами, но сразу подошел к трибуне.

Я готов выслушать вас и ответить на все вопросы.

Прямота казначея не стала неожиданностью для остальных чиновников. Пока некоторые из них недовольно перешептывались, Натос Аргос смотрел на Элая с уважением. Этот грозный мужчина презирал большинство чиновников, и лишь прямолинейный казначей, оставаясь, конечно, в их числе, стоял в его глазах выше остальных многословных управителей.

– Хорошо, Элай, – густым басом отозвался Натос. – Твою семью обвиняют в связях с преступницей Элен Орос.

Что ты можешь рассказать нам об этом?

– И так ясно, что он скажет, – недовольно пробормотал своим утробным голосом Лоас – достаточно громко, чтобы услышали все присутствовавшие.

Элай предпочел снести оскорбление и, как ни в чем не бывало, начал отвечать Натосу, глядя только на него:

– Хотелось бы узнать причину сих обвинений. Но прежде всего я скажу, что у этих слухов нет никаких оснований.