Варвары. Полицейский роман

Понял, что она, видимо, дежурила на балконе, чтобы не прозевать его машину и успеть не только навести порядок, но и накрыть стол для ужина. При свечах. Она умела это делать.

В прихожей она стала снимать его туфли. Безропотно и покорно, хотя он и не любил этого, Владимир подчинился. Уже знал, сегодня будет не только красивый стол, но и красивая ночь. И она поведет себя не как вчерашняя львица, жаждущая страсти, а как трепетная лань, которая с такой покорностью и желанием будет не только угадывать, но и также трепетно и нежно удовлетворять все его фантазии.

Будут перерывы. С перекуром на балконе, с бокалом так и не допитого вина. И вино, и близость желанного тела одинаково возбуждало и пьянило их. Они будут смотреть в ночное небо, остывать в ночной прохладе балкона после жарких объятий и сумасшедших слов, с тем, чтобы вновь вернуться и продолжить прерванную физиологическую одиссею.

Да, сегодня смотрела вечерние новости, просто ужас, там показывали какие – то могилы цыган. Мне показалось, что я видела тебя там.

Ты там был или мне это показалось? Что ты там делал, родной? У тебя же отпуск. Ты не в делах.

Да, я там сегодня, вернее уже вчера, был…

Это все, что успел сказать Владимир, провалившись в одно мгновение в глубокий сон.

* * *

Ночь. Гостиница. Утром самолет. Домой. Это он проездом из Москвы, домой. Но почему он здесь, в этом незнакомом ему городе? Что он здесь делает?

Длинный коридор. Какие – то люди, похоже, они здесь живут. Владимир в своем номере. Но здесь тоже живут, их двое.

Они едят что – то похожее на сырую картошку. Но почему она порезана на такие ровные квадратики? Это не картошка, это репа. Они просто голодные.

Они смотрят на него молча и улыбаются. Знают, что у Владимира в кармане пиджака деньги. Семь тысяч рублей. Почему семь? Его хотят убить.

В коридоре шум. Владимир знает, что это тот самый… который хочет с ним разобраться и который поэтому очень шумит. Кто – то ему говорит: «Иди, разберись с ним. Он всем надоел, бродит по ночам, покоя от него нет, его надо наказать».

Владимир не хочет этого, но выходит в коридор. Видит его… Тот идет к нему. Улыбается. Странно так улыбается, как – то криво, похоже не на улыбку, а на усмешку. Не желая драки, Владимир все же бьет его. Бьет сильно. Кругом толпа, женщины. Да, это цыганки. Их много. Они кричат: «Добей его!». Владимир не хочет этого делать. Но как только тот поднимается, Владимир с разворота сильно бьет его ногой в грудь.

Тот падает. Кровь.