Кровь, огонь, серебро…

Но волчица подавила в себе тоску.

«Кобра, Молот, Гроза, я вас не забуду. Если у меня самой не хватит сил отомстить за вас, то это обязательно сделает кто-нибудь из Стаи…»

Она тряхнула головой и огляделась. В подъезде было совершенно темно и пахло сыростью.

Ника «включила» волчье зрение. Звериный взгляд услужливо показал отвратительно зеленые стены, щедро исписанные маркером, разбитую лампочку, когда-то белый потолок. Она не очень-то любила людей. Как и всякий гару, Ника слышала тяжелые вздохи земли под огромным городом, придавленной тоннами стекла и бетона, закатанной в асфальт.

Люди не умели жить в гармонии с природой и этому же, кажется, успели научить оборотней.

Тяжелые мысли прервало странное чувство. Чувство, которое привело ее сюда. Это был уже не шепот. Это был крик.

«Сюда! Сюда!! Совсем близко!!!» – надрывался голос, и теперь уже сотни невидимых рук тянули ее за собой.

Забыв про оборотней, стоявших рядом, она побежала. Проигнорировав лифт, взлетела по лестнице на второй этаж, пинком открыла дверь на лестничную клетку, залитую холодным электрическим светом.

Ее отделяла от цели только входная дверь. Наверное, Ника сорвала бы ее с петель, подстегиваемая резко обострившимся ощущением близости сути Повелителя, не постигаемой умом, но рука Чекана на плече отрезвила ее.

– Он там, – Ника показала на дверь. – Точно, там!

– Так, – сказал Чекан. – Ждем и готовимся. Начинаем только по моей команде.

ИСТОРИЧЕСКАЯ ИНТЕРЛЮДИЯ № 1

Красноярский округ.

1927 год

– Погодь, дядька Егор, что-то там такое непонятное…

Мысленно сплюнув, Егор Подкузин, охотник, как сказали бы позже, с тридцатилетним стажем, все же остановился. Кто его знает – племяш Костька хоть и дурень, но все ж в тайге тоже не первый день.

Уже второй день двое охотников находились в глубине урмана, куда направились в поисках лося – зима на носу, а резать на мясо одну из двух коров обширного семейства Подкузиных было бы глупо: как-никак, девять мальцов по лавкам сидят – скудно без молока-то придется.

Но что-то им не везло – лишь старые следы попадались.

И вот, похоже, наконец они что-то нашли.

Егор прислушался – кто-то крался по лесу.

И ясно было, что это человек – ибо тварей, что ходят на двух ногах, помимо оного, в тайге не наблюдается. (Почти полжизни Егор Иванович провел в тайге сибирской, а чертей не встречал. А Константину по его комсомольству и подавно верить в них не с руки.