Русский с «Титаника»

А сколько этих миров еще может быть ниже Мира Сего и выше Небес?

– Знание сокрыто от нас волей Небес. Но есть способ обойти запрет и установления, если на то есть нужда, – не без самодовольства констатировал жрец-колдун. – Со мной одна из сиуакоатль из Храма при Гробнице…

Из темноты вышла девушка в церемониальном плаще, блеснувшем радугой драгоценного пера.

Все присутствующие молча коснулись правой ладонью груди, приветствуя одну из «женщин-змей», а в ее лице – и ее Повелительницу.

– Она исполнит священный танец, дабы открыть на миг сокрытое за гранью.

Молодая женщина выступила вперед. В отблесках высокого пламени было видно, что она смуглолица и красива и при этом высокого для женщины роста…

Повинуясь молчаливому приказу, она остановилась рядом со жрецом-колдуном и сбросила с плеч плащ из птичьих перьев.

Ящерка стояла нагая босиком на выглаженном меловом полу пещеры и завороженно следила за руками жреца.

Гибкие пальцы выписывали перед ее лицом медленный танец. В ладонях его извивалось нечто вроде сверкающей змеи. Приглядевшись, Балам-Кице узнал ожерелье из прозрачных камней, нанизанных на нитку из человеческих волос.

Посвященные, невольно следившие за этими плавными завораживающими движениями, почувствовали одно и то же – медленное головокружение…

Откуда-то словно издалека донесся новый приказ:

– Танцуй! Я, именем Хозяина Миктооллана, призываю тебя, иди на Край Мира и веди нас.

Под невнятный, еле слышный рокот барабана юная Ящерица медленно закружилась вокруг костра. Движения сплетались воедино со звуками, и не было сил отвести взор.

Но такого желания не ощущалось, напротив, хотелось смотреть не отрываясь. И это им, людям, учившимся и знающим много, способным заворожить не только простого общинника, но и змею…

Ритм становился все отрывистей и быстрее, звуки все сильнее отдавались в голове, и все быстрее перебирали маленькие точеные ноги жрицы, все неистовее плясала блестящая змея в ладонях…

Жрец-колдун начал петь низким, не похожим на свой обычный голос, выкрикивая непонятные жуткие призывы:

– Хаарранг!! Хаарранг!! Хаарранг-Ра!! Ккхухтлан ха! Хаарранг! Аззад‘даг!.

А потом Балам-Кице понял, что начинает видеть Путь. Тот самый, что идет по грани миров. Что приоткрывается обычному человеку только в бреду, в агонии или уже после смерти. Тот, что он видел, причастившись запретных зелий.