Волчица и кот

Часть команды подалась назад, прикидывая пути возможного бегства, другие – схватились за рукояти виброклинков и лучеметов, но большинство осталось на месте, переводя взгляд со старого капитана на нового и обратно. А выскочивший буквально следом за Хукком Саад только бестолково хлопал глазами.

– Что тут происходит, э-э, разрази меня гром, джентльмены! – произнес Хукк, и голос его предательски дрогнул, сорвавшись.

– Кончилось ваше время, капитан! – рявкнул мгновенно пришедший в себя Флайнт, успев проклясть нерасторопного Саада, и толкнул в плечо Такомбу.

Вздрогнув, кок сделал десяток шагов, и протянул капитану что-то маленькое и черное.

– Вам, капитан, прислали черную метку! – словно извиняясь, произнес он.

И хлопнул по его ладони.

Но тут произошел конфуз – клочок пластбумаги приклеилась к его руке.

Он повторил попытку – но тщетно. Кок отчаянно затряс кистью, пытаясь стряхнуть бумажку.

Шли минуты, а треклятая метка не отлипала.

Наконец, сконфузившему Такомбе удалось стряхнуть бумажку в руку капитана.

На обратной стороне ее, на уже пожелтевшем слегка клочке были отпечатаны три слова: «продукт следует выбросить».

– Ты испортил свою поваренную книгу, – стараясь сохранять ровное выражение лица, произнес Хукк, саркастически усмехаясь.

Но у него это плохо получилось. И все словно впервые увидели, что их капитан – капитан грозного корсара – это всего лишь немолодой низкорослый толстяк с заметным брюшком, круглой физиономией и оттопыренными ушами, чем-то похожий на плюшевого медведя.

Уловив общее настроение, Флайнт решил что пора заканчивать комедию.

– Задниц, Поппер, вперед, – распорядился он. – Доставить… бывшего капитана в изолятор!

– Доберман, Боберман, – заступить на охрану изолятора! Никого не впускать без меня, в разговоры с арестованным не вступать! Вып-олнять!

Двое амбалов из абордажной команды подхватили Хукка за руки, и потащили его по коридору, туда, где в бывших салонах третьего класса была оборудована тюрьма.

Переворот закончился быстро и бескровно.

* * *

Императорский дворец, гостевое крыло.

– Этого не может быть! – Скажи, что это не правда… – выдавила, наконец, Милисента, когда прошло минуты две после того, как Аурелия замолчала. – Это ведь не правда?! – Ну, скажи, что ты молчишь!! – Милисента сорвалась было на крик, но тут же сорвала голос, и закончила хриплым шепотом. – Ты ведь пошутила?

– Увы, ваше высочество! – печально произнесла заместитель коменданта.