Звездные флибустьеры

Сказала ли ему Нур что-нибудь, поцеловала ли на прощание, назначила ли встречу?

Но его душу бередило смутное подозрение, что он забыл нечто важное.

Глава 4. Стечения обстоятельств

Шли дни. Нур не звонила. Возможно, он чем-то обидел ее или она разочаровалась – а может быть улетела в срочный рейс. Будучи втайне фаталистом, он решил положиться на судьбу – не говоря уже о том что крутить роман с двумя женщинами одновременно (а ведь разрыва с Маргарет всё же не было) – противоречило его жизненным принципам.

Но потом он всё же решил зайти к ней в салон, потом передумал и сказал себе: «Не надо».

Потом опять передумал и пошел – но приют оккультных наук оказался закрыт.

И стоя перед запертой дверью, Антон вдруг прикинул – раз уж он не может не думать об этой странной девушке, то наверное ему нужно пойти в «Лакримозу»: может быть там он найдет её.

Решение казалось нелепым, но это был не первый случай в его жизни, когда он поступал казалось бы вопреки логике, и тем не менее это приводило его к успеху.

Улыбнувшись своему отражению в витрине салона, за которой в чинном порядке расположилась старинная магическая утварь, он вспомнил забавный случай из своего детства. Однажды в пятом классе общинной школы Карловки, на уроке родного языка, им дали задание по архаичным формам речи.

Каждое из данных в ребуснике словосочетаний надо было дополнить в вольной манере. Одним из них было "домашняя утварь". Подумав, он одарил одноклассников фразой – "Домашняя утварь, почуяв чужой запах, куда-то попряталась".

.. – и не понимал, почему его наставница, почтенная седая Зинаида Дэвис, долго смеялась – как и многие соученики. Лишь потом наставница указала ему на ошибку, когда он перепутал «утварь» и «тварь».

Впрочем Каролина Ивановская, королева красоты его класса, сообщившая что «Кое – что из домашней утвари придется найти и использовать в наведении марафета» вызвала куда большее веселье…

Вот с такими веселыми воспоминаниями он и покинул улицу «Старый Мост» отправившись в игорное заведение.

В эти вечерние часы городские тротуары заполняла толпа. Бары и кафе ломились от посетителей. Но Антон не соблазнился ярко сияющими голограммами вывесок и вскоре монорельс, заполненный выходцами из Танора, сотрудниками контор и гостиниц, возвращавшимися с работы, быстро принес его к искомому – «Платформе Сити-Ленд»

Ристалище встретило его шумным сборищем, и ярко красной надписью бежавшей по фасаду – «Сегодня у нас Ежемесячный Турнир».