От наивности к пилону

 – усмехнулась Соня.

Дима аккуратно, словно боясь спугнуть, взял свою спутницу под руку.

– Мадемуазель, вы придираетесь к моим словам. Я лишь хотел уточнить, как для меня было важно твое согласие на встречу. А то, что ты согласилась скрасить остаток столь чудесного вечера молодому и не обремененному отношениями мужчине в самом расцвете сил – волшебный подарок из рук щедрой феи.

Соня сдержалась, чтоб не рассмеяться в полный голос и не распугать стайку голубей, чистящих перышки возле фонтана.

– Фея может и в лоб дать, если молодой и в самом расцвете не прекратит ерничать и паясничать.

Простые смертные типа сопровождающей тебя девушки предпочитают обычное общение без всякой вычурности.

– Простые смертные, – передразнил юморист, – Может, кто-то грезит видеть тебя именно своей феей, своей музой, ты никогда не задумывалась об этом? – Дима остановился и убрал с лица девушки прядь волос, которую ветер с моря игриво запутывал, словно котенок, стащивший у хозяйки пряжу. – Мы можем поговорить откровенно и без интеллигентных ужимок?

Соня тряхнула головой, и ветер опять принялся создавать из рыжих кудряшек хаотичную прическу.

– О чем ты? Ты единственный человек, с которым я могу быть откровенна, как с самой собой. Зачем ты драматизируешь сейчас?

– Ты опять придираешься? Софья, что ты от меня скрываешь? Ты такая печальная в последнее время. Я не могу спать оттого, что не знаю, что тревожит тебя. Какой тяжкий груз ты взвалила на свои хрупкие плечи? Еще и избегаешь меня. Когда мы последний раз нормально общались? Я сейчас не имею ввиду просьбу передать хлеб в столовой и приветствие в коридоре университета.

Ты не посещаешь мои занятия. Я был приятно удивлен, когда ты приняла мое приглашение на прогулку. Я до последнего думал, что не увижу тебя на причале.

– Я думала, что вопрос закрыт, мы обсудили невозможность продолжения нашего общения. Ты чем-то недоволен?

– Мы обсудили, и я думал, ты поняла, что мне плевать на сплетни и пересуды. Нет ничего страшного в том, что вполне взрослые люди проводят свое личное время где и с кем захотят.

Или ты опять приняла решение, от которого пришло в восторг твое самолюбие, но о котором ты забыла уведомить меня?

Отдернув руку, будто обжегшись, Соня пошла в сторону пустующей лавочки.

– Самолюбие здесь не при чем. Я не вижу смысла в нашем общении, как ты понять не можешь? Это нечестно по отношению к Андрею. Я не хочу его расстраивать. – бросила она на ходу.

– Так вот, в чем дело.