Идущие сквозь миры

– Э-э, дорогой, ну сам подумай: как же тебя теперь можно вернуть домой? – с мягкой укоризной спросил Майсурадзе. – Ты ведь уже столько знаешь!

– Я ничего… – начал было я.

– Знаешь, знаешь, – фыркнул Майсурадзе. – Главное, знаешь, что мы есть. И не говори только, что ничего никому не скажешь. Конечно, не скажешь, потому что домой больше не попадешь. – Его глаза вдруг вонзились мне в лицо как стальные буравчики.

Я опустил взгляд, чувствуя предательскую тошноту, нахлынувшую вдруг снизу живота.

– И что же теперь? – с трудом нашел в себе силы спросить я.

Видимо, вид у меня был особенно жалкий (хотя в моем тогдашнем положении у всякого был бы жалкий вид), и Майсурадзе сочувственно похлопал меня по плечу:

– Да ты не бойся – убивать тебя не будут. Будешь служить Великой Хэолике, как я, например. Парень ты, вижу, умный, не хиляк, так что быстро продвинешься. Из наших миров люди быстро продвигаются, не то что всякие дикие дубари, которые думают, что в моторе черти сидят, оттого он и крутится.

Я вот, когда сам сюда попал… тоже сперва было очень плохо, а теперь большой начальник. Да, – вздохнул он, – было дело: сунулся куда не надо – любопытно мне стало очень, ну и погубило любопытство кошку. – Он саркастически улыбнулся и покачал головой.

Майсурадзе вытащил из несгораемого шкафа бутылку «Стрелецкой», пару вычурных хрустальных фужеров с золотыми вензелями в форме львов, плеснул в них на два пальца и пододвинул мне:

– На вот, выпей.

Я осушил стакан, почти не почувствовав вкуса водки.

– Только не вздумай отказываться или упираться, – вновь посуровел он. – А то лет пять назад один наш с тобой земляк уперся… Убить тебя, конечно, тоже не убьют: люди – они, знаешь, тоже чего-то стоят. Но как бы потом не пожалеть, что жив остался. Отправят тебя в такие места… – Не договорив, он махнул рукой. – Ну ладно. Если тебе все объяснять, то нужно час-два говорить – самое меньшее. А у меня ни времени нет, да и не нужно это. Лучше, когда человек все сам узнает да поймет, что к чему…

Он нажал кнопку звонка, и в дверях появился приведший меня сюда молодой моряк.

– Давай займись этим товарищем. Ну, ты знаешь, что и как. И чтоб было все как надо – это мой земляк почти, так что не обижать его там… Ну, давай иди, – бросил он мне. – Понимаю, неудача, конечно, с тобой получилась, но могло быть и хуже. Сперва тебе тут покажется кисло, потом привыкнешь. Человек и не к такому привыкает. И вот еще что, – бросил он напоследок.