Игрушка богов

На каждом холме он надолго застывал, внимательно рассматривая лежащее перед ними пространство и пытаясь ментально увидеть, что находится за следующими холмами, но пока не увидел и не почувствовал ничего, кроме небольших стад степных антилоп и сурков, стоящих на задних лапах и подозрительно рассматривающих пришельцев.

Ила шла рядом с ним, и ей это нравилось. А все остальное не пугало, она была уверена, что Кир решит все проблемы, которые встанут перед ними. Она не верила ему, когда он говорил о своей смерти.

Она знала, что в будущем все будет хорошо просто потому, что ей хорошо сейчас.

Они уходили все дальше в степь, лес давно потерялся за горизонтом, и теперь и впереди, и сзади были только холмы и желтая трава.

Звук маяка в хранилище становился все громче, и она надеялась увидеть его за каждым следующим холмом, но солнце склонялось все ниже и ниже, и в конце концов они вынуждены были искать место для ночлега.

Заночевали в распадке между двумя холмами. Кир развел небольшой костер из сухой травы, чтобы приготовить травяной настой, и потом сразу его потушил, зная, что в степи костер виден издалека. Над ними горели яркие огромные звезды, и легкий теплый ветерок ласкал их тела. Ила быстро согрелась в его объятиях и заснула. Ей снились приятные добрые сны.

Пробуждение было ужасным. С нее грубо сорвали плащ, и когда она испуганно вскочила, то увидела Кира с окровавленной головой, лежащего у подножия холма.

Небольшие крепкие люди на лошадях, вооруженные луками и кривыми саблями, довольно смеясь, показывали на нее друг другу плетками.

Один из них швырнул ее на землю и, крепко связав руки сыромятным ремнем, забросил на лошадь к другому всаднику. Тот гортанно вскрикнул и помчался в степь.

Остальные последовали за ним. Кира, оглушенного и связанного по рукам и ногам, вез другой кочевник. Ила, лежащая лицом вниз, видела только его ноги, болтающиеся около седла.

Везли их недолго, но за это время Ила набила себе столько синяков, сколько не набивала за всю свою небольшую жизнь.

По дороге кочевник щупал ее руками и радостно что-то кричал другим всадникам на незнакомом ей языке. Илу мутило от запаха лошадиного пота, неудобного положения и щипков похотливых рук. В конце концов ее вырвало, но на это никто не обратил внимания.