Защитник демонов

Они прорвутся на стены, потом снимут ворота с петель, открыть они их не смогут даже изнутри, а потом, когда внутрь ворвется тысяча стражей, они станут нас убивать.

– Ты так спокойно об этом говоришь, словно тебя не страшит твоя собственная смерть.

– Я стар и уже ничего не боюсь. Ну что ж, раз ты отказалась от завтрака ради этой бессмысленной беседы, тогда позови ко мне всех остальных.

Когда охотники собрались, старик показал рукой на двор.

– Мы будем сражаться здесь, прикрывая вход в монастырь. Лучники могут подняться на стены и пострелять в свое удовольствие, тем более что целей будет достаточно, а потом вернутся к остальным.

Умереть в бою – это хорошая смерть, а если удастся взять с собой в мир теней достаточно стражей, то это еще и почетно. Вот, пожалуй, и все, что я вам предлагаю. Я слагаю с себя обязанности вашего командира и сам собираюсь повеселиться на славу. Кто-то хочет занять мое место и предложить свой способ выжить?

Желающих не нашлось. Лучшие лучники, собрав оставшиеся стрелы, поднялись на стены.

Остальные расположились большой группой около входа в монастырь, приготовив копья и мечи. Привратник сел на свою скамейку возле ворот, положив меч себе на колени.

Ждать пришлось недолго, скоро со стен донеслись радостные возгласы стражей, а потом они начали спускаться во двор…

* * *

Они довольно далеко ушли от прохода, прежде чем Ласка остановилась.

– Всё, больше не могу, – проговорила женщина, передавая ребенка Врону. Она отняла окровавленную руку от бока.

 – Рана открылась, кровь никак не останавливается.

– До дома повелителей осталось немного, – произнес Врон. – Ты сможешь дойти?

– Смогу, – выдохнула Ласка. – А может быть, и нет. Плохо мне. Устала и замерзла, и настроение поганое. Не могу до сих пор поверить в то, что мы увидели в монастыре. Почему люди напали на охотников?

– Не стоит думать сейчас об этом. Мы сами едва выбрались живыми. У тебя до сих пор кровь из раны идет…

– Идет, – вздохнула Ласка. – Стражи обложили нас грамотно, чувствуется, что это наемники, а не обычные крестьяне.

Едва сумели прорваться. Словно ждали нас, а может, и действительно ждали…

– Мы сами не знали, когда вернемся, и никто этого не знал. Если бы нам удалось, мы бы вернулись раньше. И тогда, может быть, сумели помочь охотникам отстоять монастырь.

– Вряд ли нам это удалось бы. Я думаю, что благо родные объединились, в нападении на монастырь участвовало не меньше двух тысяч стражей, а может и больше.