Вой оборотня

– Почему не могут?

– Потому что в этом деле использовалась магия.

– С чего ты взял?

– А как они догадались, что вещь у гонца взял именно ты, а не кто-то другой? Все же происходило в темноте, и ты, надеюсь, не показывал никому своего лица?

Я вздохнул, вспоминая:

– Я надвинул на голову капюшон, понимая, что не стоит светиться после того, как убил троих грабителей…

– Значит, тебя гонец рассмотреть не мог… – Отец задумчиво потер переносицу. – Может быть, он следил за тобой?

– Он едва смог поднять голову – так был слаб, не думаю, чтобы кто-то мог проследить за мной… – Я улыбнулся: – Приходить тайно и так же уходить, иметь десяток разных троп и использовать их, постоянно меняя.

Никогда не возвращаться той же дорогой, что пришел, всегда иметь тайный лаз, о котором никто не знает. Так меня учили воры, которых ты нанимал мне в учителя, и я всегда пользуюсь их советами.

– Возможно, вчера вечером ты был небрежен?

– Если гонец даже меня и проследил, то мог запомнить только трактир, в котором я бываю не слишком часто, а значит, там меня никто не знает…

– Тогда как нашли дом, где ты живешь? – вздохнул отец.

 – Откуда жрецы знали, что я – твой отец и что ты не ночевал дома? Вот и получается, что без магии на эти вопросы не получишь ответа. Может, все-таки брал что-то у грабителей?

Я задумался – неужели из-за этой ерунды поднялся весь сыр-бор?

– Один из бандитов, умирая, сунул мне кусок старой, никому не нужной бронзы…

– Ну вот и вспомнил.

 – Папаша повеселел. – Покажи…

Я вытащил из кармана пластину, отец взглянул на нее так, словно надеялся увидеть вместо позеленевшей от времени бронзы здоровенный кусок золота, и растерянно развел руками:

– Действительно, ничего ценного…

– Не думаю, что вся каша заварилась именно из-за этого, но если ты считаешь, что нам не стоит ссориться со жрецами, то верни им эту безделушку.

Или давай я выброшу ее на улицу, и забудем об этом…

– Может быть, есть еще что-то, чего ты не хочешь мне показывать?

– Зачем мне от тебя что-то скрывать? Ты – мой отец, я тебя уважаю и люблю. Да и смысла нет в обмане. – Я вывернул карманы, показывая горстку медных и серебряных монет. – Это все, что у меня есть. Прятать – ничего не прятал, а дома, сам знаешь, не был со вчерашнего дня.